Трудовая занятость и преступность. Статьи по предмету Трудовое право

Наша компания оказывает помощь по написанию статей по предмету Трудовое право. Используем только актуальное законодательство, проекты федеральных законов, новейшую научную литературу и судебную практику. Предлагаем вам воспользоваться нашими услугами. На все выполняемые работы даются гарантии

ЗАКАЗАТЬ

Вернуться к списку статей по юриспруденции

ТРУДОВАЯ ЗАНЯТОСТЬ И ПРЕСТУПНОСТЬ <*>

О.В. МАЦКЕВИЧ

--------------------------------
<*> При подготовке статьи была использована СПС "КонсультантПлюс".

Известный ученый, астроном, математик, родоначальник правовой статистики (впрочем, его первенство в этом направлении должен по праву оспаривать русский ученый Александр Николаевич Радищев), Ламбер Адольф Жак Кетле в публикации 1831 г. под названием "Исследование склонности к совершению преступлений в разном возрасте", посвященной анализу французской криминальной статистики, отмечал, что безработные или занятые на "низкооплачиваемых должностях" люди чаще совершают преступления по сравнению с другими людьми, которые заняты на производстве, требующем умственного применения своих навыков. Таким образом, изучение взаимосвязи и прямой корреляции между трудовой занятостью и преступностью имеет давние традиции.
Занятые, согласно определению, данному на официальных ресурсах Росстата, - это лица в возрасте 15 лет и старше, которые в обследуемый период времени выполняли любую деятельность, связанную с производством товаров или оказанием услуг за оплату или прибыль. В численность трудовых занятых включаются также лица, временно отсутствовавшие на рабочем месте в течение короткого промежутка времени и сохранившие связь с рабочим местом во время отсутствия.
В современных условиях ряд авторов полагают, что в нашей стране ситуация с безработицей может усугубиться или даже уже должна быть признана сложной <1> из-за так называемой черной и серой занятости, что в действительности означает ее латентный характер. При этом подчеркивается, что безработица самым негативным образом влияет на преступность, поскольку доля безработных среди осужденных традиционно сохраняется на уровне 50% <2>.
--------------------------------
<1> См., например: Дудина О.М., Арсельгова М.А. Социальные и экономические последствия безработицы // Экономика труда. 2019. Т. 6. N 2. С. 923 - 940; Чекмарев О.П., Ильвес А.Л., Конев П.А. Потенциал занятости и безработицы в России в условиях санкций 2022 года // Экономика труда. 2022. Т. 9. N 4. С. 765 - 780.
<2> Озерский С.В. Влияние уровня безработицы на уровень преступности: противоречивые аспекты // Вестник Самарского юридического института. 2023. N 1. С. 69 - 70.

В свою очередь, под уровнем безработицы понимается отношение численности безработных определенной возрастной группы к численности рабочей силы (занятых и безработных) соответствующей возрастной группы, рассчитанное в процентах. При этом уровень безработицы определяется как соотношение безработных в общем числе трудоспособного населения <3>.
--------------------------------
<3> Приказ Росстата от 31 декабря 2015 г. N 680 "Об утверждении Официальной статистической методологии формирования системы показателей трудовой деятельности, занятости и недоиспользования рабочей силы, рекомендованных 19-ой Международной конференцией статистиков труда" // СПС "КонсультантПлюс".

Но здесь кроются существенные противоречия, которые наиболее наглядно можно показать на примере северокавказских республик, где, с одной стороны, очень развита внутренняя трудовая миграция, а с другой стороны, весьма распространены различные формы неофициальной трудовой занятости. При этом если коэффициент преступности в целом по России на 10 тыс. населения в 2021 г. составил 137,42, то в Дагестане он был равен 47,25, в Ингушетии - 40,46, в Кабардино-Балкарии - 86,88, в Карачаево-Черкесии - 93,48, в Чечне - 20,75. Хотя уровень безработицы в России составляет 4,8%, а, например, в Ингушетии - 30,9% (в других республиках безработица также существенно выше, чем в среднем по России). Другими словами, несмотря, а вернее сказать, вопреки высокому уровню безработицы в перечисленных республиках, преступность там существенно ниже, чем в других регионах России.
Американские ученые Сандра Аджимотокин, Александра Хаскинс, Зак Уэйд в 2015 г. опубликовали статью "Влияние безработицы на уровень преступности в США", в которой путем построения в том числе математических моделей доказали, что безработица оказывает негативное влияние на экономическую преступность (кражи и хищения) и в значительно меньшей степени связана с насильственными преступлениями. Увеличение безработицы на 1%, согласно их подсчетам, увеличивает коэффициент преступности экономических преступлений на 71,3 на 100 тыс. населения <4>.
--------------------------------
<4> Озерский С.В. Влияние уровня безработицы на уровень преступности: противоречивые аспекты // Вестник Самарского юридического института. 2023. N 1. С. 70.

Между тем трудовая занятость и преступность между собой не взаимодействуют линейно: далеко не всегда чем лучше обстоят дела с трудовой занятостью, тем ниже уровень преступности и наоборот. Как представляется, здесь наблюдаются примечательные и весьма любопытные разнонаправленные тенденции, о которых предлагается порассуждать.
Для объяснения корреляции между трудовой занятостью и преступностью другой американский ученый Роберт Апель приводит следующие теории.
1. Теория экономического выбора, в соответствии с которой у человека есть идея максимизации полезности, которая предполагает, что люди реагируют на стимулы и выбирают поведение, максимизирующее их полезность, из-за чего эгоистичные индивиды распределяют свое время и ресурсы между законной и незаконной деятельностью, предпочитая законную деятельность, поскольку отдача от незаконной деятельности не только не гарантирована, но связана с большими рисками.
2. Теория социального контроля, по которой сильная привязанность к институту труда является мощным источником неформального социального контроля за противоправным поведением, поскольку способствует личному конформизму и боязни нарушить закон из страха поставить под угрозу свою будущую карьеру.
3. Теория напряжения предполагает, что отсутствие успеха на законном рынке труда побуждает индивидов к поиску альтернативных вариантов получения денег, обычно посредством преступного поведения, которое считается у индивида одним из способов смягчить негативные чувства, связанные с безработицей или некачественной занятостью.
4. Теория обучения, которая объясняет, что индивид посредством различных ассоциаций обеспечивает баланс между мотивами, благоприятствующими нарушению закона, и мотивами, подкрепляющими законопослушное поведение.
5. Теория самоконтроля, в соответствии с которой индивиды распределяют себя по определенным институциональным условиям на основе особой склонности учитывать долгосрочные последствия своих действий, при этом люди с низким уровнем самоконтроля стремятся к немедленному удовлетворению своих желаний с минимальными усилиями, из-за чего они в лучшем случае находят работу, но не могут на ней удержаться, а в худшем - совершают преступления <5>.
--------------------------------
<5> Robert Apel. Employment and Crime / J. Mitchell Miller. 21st Century Criminology. Sage, 2009. P. 118 - 124.

Проанализировав данные Росстата за 2023 г., можно представить сравнительные социальные портреты занятых и безработных в России: а) средний возраст занятого - 41 год, безработного - 36; б) мужской пол в 51,4% у занятого, в 53% случаев - у безработного; в) 10-летний и более стаж работы у занятого в 36,6% случаев, у безработного продолжительность поиска работы 12 месяцев и более у 30,4%.
Если сопоставить эти данные с криминологическими характеристиками лиц, совершивших преступления, то получается следующая картина. Всего в сопоставимом по приведенным выше данным 2023 г. совершили преступления 750 465 (без учета, естественно, латентных преступников), что на 8,4% меньше, чем в 2022 г. Удельный вес несовершеннолетних преступников составил 3%, и ими было совершено на 15,1% меньше преступлений. Удельный вес женщин среди преступников составил 16,8% (126 326 разоблаченных преступниц), и ими было совершено на 5,4% меньше преступлений. Удельный вес учащихся и студентов (большая их часть, как правило, не работает) составил 3,3% (24 747 преступников), и ими было совершено на 12% меньше преступлений <6>.
--------------------------------
<6> Состояние преступности в России за январь - декабрь 2023 // Министерство внутренних дел Российской Федерации, ФКУ "Главный аналитический центр". М., 2024. 63 с.

Согласно данным Роструда возраст зарегистрированных безработных составляет: для мужчин - 16 - 59 лет; для женщин - 16 - 54.
В свою очередь, средний возраст трудового занятого населения составляет 42,2 года. Мужчины наиболее часто заняты в обрабатывающем производстве, строительстве, торговле и транспортировке. Женщины - в торговле, образовании и здравоохранении.
Классификация занятых в возрасте 20 - 24 года в динамике выглядит следующим образом (в %): 2013 г. - 8,5; 2014 г. - 7,8; 2015 - 6,9; 2016 г. - 6,3; 2017 г. - 5,6; 2018 г. - 5,1; 2019 г. - 5; 2020 г. - 4,9; 2021 г. - 4,8; 2022 г. - 4,5; 2023 г. - 4,6.
Классификация занятых в возрасте 25 - 29 лет (в %): 2013 г. - 14,2; 2014 г. - 14,5; 2015 г. - 14,5; 2016 г. - 14,5; 2017 г. - 14,4; 2018 г. - 13,7; 2019 г. - 12,7; 2020 г. - 11,6; 2021 г. - 10,6; 2022 г. - 9,8; 2023 г. - 9,3.
Классификация занятых в возрасте 30 - 43 года (в %): 2013 г. - 13,2; 2014 г. - 13,6; 2015 г. - 13,9; 2016 г. - 14,3; 2017 г. - 14,5; 2018 г. - 15; 2019 г. - 15,3; 2020 г. - 15,2; 2021 г. - 15,3; 2022 г. - 15,1; 2023 г. - 15,8.
Удельный вес наиболее интересной в свете поднимаемых вопросов категории лиц, не имеющих постоянного источника дохода, составляет 63,7%, что выглядит достаточно весомо (478 078 преступников), и ими было совершено на 10% меньше преступлений. В то же время очевидно, что это люди, которые имеют работу, но их занятость латентна и, по всей видимости, специально ими скрывается, чтобы не платить налоги.
Таким образом, статистические данные вроде бы не подтверждают тезис о том, что трудовая занятость, точнее говоря, незанятость (безработица), негативно влияет на уровень преступности, т.е. преступность не растет, хотя по традиционным представлениям при увеличении уровня безработицы должна была бы расти. Сказанное особенно наглядно видно на примере безработных (всего 2 543 преступника), удельный вес которых составляет всего 0,3% и которые совершили аж на 38,1% меньше преступлений. Понятно, что они практически никак не влияют на общие показатели преступности и в структуре личности преступников занимают совсем незначительное место. Таким образом, теория о том, что безработица не влияет на преступность, подтверждается?
Выше говорилось, что коэффициент преступности в республиках Северного Кавказа намного ниже, чем в целом по России, а безработица здесь выглядит достаточно внушительно. При этом согласно официальным данным 2023 г. "лидерами" среди российских регионов с наибольшим удельным весом лиц, не имеющих постоянного источника дохода, являются: Дагестан, Чеченская Республика, Осетия, Ингушетия, Карачаево-Черкесия, Кабардино-Балкария, Ставропольский край, Краснодарский край, Рязанская область, Республика Калмыкия. Другими словами, одни статистические данные полностью опровергают другие - безработица высокая, а преступность низкая.
Впрочем, при ближайшем рассмотрении никакого противоречия не наблюдается, поскольку общий удельный вес лиц без постоянного источника дохода, как говорилось, как раз в этих республиках особенно высок. К рассматриваемой категории граждан можно условно в отличие от латентной безработицы применить термин "латентная занятость".
Структура занятого населения, работающего за пределами своего постоянного места жительства, в соответствии с Общероссийским классификатором видов экономической деятельности (ОКВЭД2) <7> выглядит так: строительство - 20,4%; оптовая торговля и ремонт автотранспорта - 14,9%; транспортировка и хранение - 13,9%; профессиональная и научно-техническая деятельность - 10,9%; добыча полезных ископаемых - 8,8%; обрабатывающая промышленность - 8,7%; государственное управление и обеспечение военной безопасности - 4,2%; здравоохранение и социальные услуги - 4,1%.
--------------------------------
<7> Приказ Росстандарта от 31 января 2014 г. N 14-ст "О принятии и введении в действие Общероссийского классификатора видов экономической деятельности (ОКВЭД2) ОК 029-2014" // СПС "КонсультантПлюс".

Несколько слов следует сказать о трудовой занятости населения в так называемом неформальном секторе. В соответствии с Резолюцией о статистике занятости в неформальном секторе, принятой 15-й Международной конференцией статистиков труда (1993 г.), под теми, кто занят в неформальном секторе, понимаются все лица, которые в течение изучаемого учетного периода были заняты как минимум в одной единице неформального сектора, независимо от их статуса занятости и от того, является ли это их основной или дополнительной работой <8>. В Федеральном законе от 12 декабря 2023 г. N 565-ФЗ "О занятости населения в Российской Федерации" <9>, в гл. 13 ("Противодействие нелегальной занятости в Российской Федерации"), в ст. 66 дано определение нелегальной занятости, под которой понимается осуществление трудовой деятельности в нарушение установленного трудовым законодательством порядка оформления трудовых отношений.
--------------------------------
<8> Васильева А.В., Егоров М.А. Организация надзора в сфере неформальной занятости // Законность. 2024. N 11. С. 13 - 18.
<9> СЗ РФ. 2023. N 51. Ст. 9138.

К занятым в неформальном секторе относятся: а) индивидуальные предприниматели; б) лица, работающие по найму у индивидуальных предпринимателей и физических лиц; в) помогающие члены семьи в собственном деле, принадлежащем кому-либо из родственников; г) физические лица, работающие на индивидуальной основе, без регистрации в качестве индивидуального предпринимателя; д) занятые в собственном домашнем хозяйстве по производству продукции сельского, лесного хозяйства, охоты и рыболовства для продажи или обмена.
Средний возраст занятых в неформальном секторе экономики согласно данным Росстата по годам распределялся следующим образом: 2013-й - 39,4; 2014-й - 39,6; 2015-й - 39,9; 2016-й - 40,3; 2017-й - 39,9; 2018-й - 40,4; 2019-й - 40,4; 2020-й - 40,9; 2021-й - 41; 2022-й - 41,2; 2023-й - 41,5.
Интересно проследить взаимосвязь занятого населения с полученным образованием и, соответственно, данные о полученном образовании у лиц, совершивших преступления.
Структура образования у занятых в 2023 г. выглядит таким образом: высшее было у 35,4%; средне-специальное образование имели 26,8%; специальное образование у рабочих высокой квалификации было у 18,7%; общее среднее образование имели 15%; не имели среднего образования 3,9% занятых человек.
По структуре получаемых доходов структура образования представлена так: 1) занятые с целью получения прибыли: а) высшее образование имели 35,4%; б) образование по программам специалистов среднего звена было у 26,8%; в) среднее образование имели 15%; г) не имели образования 0,1%; 2) занятые, получающие только заработную плату: а) высшее образование имели 24,5%; б) образование по программам специалистов среднего звена было у 23,5%; в) среднее образование имели 19,9%; г) не имели образования 0,1%.
Высшее образование в неформальном секторе экономики имели (человек): в 2013 г. - 2 238; в 2014 г. - 2 407; в 2015 г. - 2 539; в 2016 г. - 2 714; в 2017 г. - 2 613; в 2018 г. - 2 656; в 2019 г. - 2 763; в 2020 г. - 2 796; в 2021 г. - 2 817; в 2022 г. - 2 547; в 2023 г. - 2 566.
Очевидно, что людям, занятым в неформальном секторе экономики, получение высшего образования не так актуально, как для занятых в остальных, условно говоря, официальных секторах экономики.
Весьма примечательно выглядит распределение связи полученного высшего образования с последующей профессиональной деятельностью: имеющие образование в сфере компьютерных и информационных наук в 94,5% работают по специальности; химии - в 57,4% случаев; биологических наук - в 76,4% случаев; архитектуры - в 76,7%; техники и технологии строительства - в 74,6%; информатики и вычислительной техники - в 83%; машиностроения - в 70,6%; электро- и теплоэнергетики - в 68,9%; промышленной экологии - в 67,2%; прикладной геологии и нефтегазового дела - в 70,9%; техники и технологий наземного транспорта - в 68,7%; аэронавигации и ракетно-космической техники - в 68,2%; техники и технологии кораблестроения и водного транспорта - в 67,9%; управления в технических системах - в 58,9%; технологии легкой промышленности - в 57,4%; фундаментальной медицины - в 88,8%; клинической медицины - в 95,2%; фармации - 93,6; сестринского дела - в 85,6%; ветеринарии - в 83,8%; сельского, лесного и рыбного хозяйства - 59%; психологических наук - в 72,4%; экономики и управления - 71,4%; социологии и социальной работы - в 62,8%; юриспруденции - в 74,3%; политических наук и регионоведения - в 39,9%; философии, этики - в 63,2%; сценического искусства и литературного творчества - в 93,2% случаев.
Таким образом, известный тезис, что в стране слишком много людей получают экономическое и юридическое образование, которое не востребовано на рынке труда, статистическими данными не подтверждается. Наименее востребованными специальностями являются: политические науки и религиоведение; сельское, лесное и рыбное хозяйство и, как это ни парадоксально, управление в технических системах и химия.
Высшее образование было у 14,2% преступников, среднее профессиональное - у +34,2%, среднее общее - у +18,4%. Что касается высшего образования, то оно чаще всего встречается у лиц, совершивших преступления в возрасте 30 - 49 лет, - 57,3% <10>.
--------------------------------
<10> Шайхлисламов Э.Р., Коннов А.А. Социальный портрет преступности как способ ее предотвращения // E-Scio. 2021. N 3. С. 491 - 496.

В любом случае данные во всем мире свидетельствуют, что люди, получившие высшее образование, наименее склонны к совершению преступлений. Исключением являются масштабные хищения с использованием должностного положения и коррупция, но это связано с другими обстоятельствами, о которых говорится в соответствующих многочисленных исследованиях, и не влияет на общую картину взаимосвязи преступности и трудовой занятости населения.
Американский ученый Роберт Апель, о котором уже говорилось, изучил более двух десятков эмпирических исследований, посвященных различным группам взрослого и молодого населения, и утверждает, что успех на рынке труда в виде занятости, высокой заработной платы, стабильной работы и профессионального престижа коррелирует со снижением уровня преступности, на чем, собственно говоря, всегда настаивали советские и российские криминологии и, более того, на этом тезисе строилась во многом вся профилактическая работа по предупреждению правонарушений и преступлений.
Но тот же Апель говорит, что относительно поздние исследования, например 1997, 2003 и 2007 гг., свидетельствуют, что сила корреляции между трудовой занятостью и преступностью варьируется в зависимости от совокупного контекста рынка труда <11>.
--------------------------------
<11> Robert Apel. Employment and Crime / J. Mitchell Miller. 21st Century Criminology. Sage, 2009. P. 118 - 124.

Таким образом, сила корреляции между занятостью и преступностью, по мнению Апеля, далеко не так впечатляюща <12>, как это представлено во многих теоретических моделях. Более того, результаты проведенных исследований также не смогли точно определить теоретический механизм этой корреляции. Тем не менее на сегодняшний день имеется достаточно данных, которые оправдывают дальнейшее изучение рассматриваемой взаимосвязи, для последующего более точного объяснения соответствующей причинно-следственной зависимости и ответа по крайне мере на следующие вопросы: всегда ли влияет трудовая занятость на преступность; если влияет, то всегда ли непосредственно; как зависит влияние трудовой занятости на преступность в конкретных областях трудовой деятельности?
--------------------------------
<12> Курсив наш, так можно перевести оборот Роберта Апеля "is not nearly" в контексте соответствующей фразы.

По мере исследования этих вопросов, наверное, появятся другие, возможно, более сложные.

Литература

1. Васильева А.В. Организация надзора в сфере неформальной занятости / А.В. Васильева, М.А. Егоров // Законность. 2024. N 11. С. 13 - 18.
2. Дудина О.М., Арсельгова М.А. Социальные и экономические последствия безработицы / Дудина О.М., Арсельгова М.А. // Экономика труда. 2019. Т. 6. N 2. С. 923 - 940.
3. Коршунова Т.Ю. Проблемы достойного труда в условиях нетипичной занятости / Т.Ю. Коршунова // Журнал российского права. 2020. N 7. С. 78 - 97.
4. Кязимов К.Г. Рынок труда и занятость населения: учебник для вузов / К.Г. Кязимов. 4-е изд., перераб. и доп. Москва: Юрайт, 2026. 214 с.
5. Образование и занятость: правовые вопросы новой цифровой реальности: монография / Н.С. Волкова, О.Ю. Еремина, О.В. Моцная [и др.]; ответственные редакторы: Н.С. Волкова, Н.В. Путило. Москва: Юриспруденция, 2025. 182 с.
6. Озерский С.В. Влияние уровня безработицы на уровень преступности: противоречивые аспекты / С.В. Озерский // Вестник Самарского юридического института, 2023. N 1. С. 69 - 70.
7. Серегина Л.В., Чиканова Л.А. Защита от безработицы в условиях развития новых технологий // Трудовое право: национальное и международное измерение: монография. В 2 томах. Т. 1. Общие проблемы современного трудового права / В.Н. Бобков, Е.А. Волк, И.В. Войтковская [и др.]; под редакцией С.Ю. Головиной, Н.Л. Лютова. Москва: Норма, 2022. С. 478 - 508.
8. Хохлова М.Г. Молодежь на российском рынке труда / М.Г. Хохлова, И.И. Хохлов // Мировая экономика и международные отношения. 2018. N 9. С. 88 - 96.
9. Чекмарев О.П. Потенциал занятости и безработицы в России в условиях санкций 2022 года / О.П. Чекмарев, А.Л. Ильвес, П.А. Конев // Экономика труда. 2022. Т. 9. N 4. С. 765 - 780.
10. Шайхлисламов Э.Р. Социальный портрет преступности как способ ее предотвращения / Э.Р. Шайхлисламов, А.А. Коннов // E-Scio, 2021. N 3. С. 491 - 496.

References

1. Apel R. Employment and Crime / R. Apel // 21st Century Criminology / J.M. Miller. Sage, 2009. P. 118 - 124.

Наша компания оказывает помощь по написанию курсовых и дипломных работ, а также магистерских диссертаций по предмету Трудовое право, предлагаем вам воспользоваться нашими услугами. На все работы дается гарантия.

ИА ГАРАНТ