ЮРИСПРУДЕНЦИЯ: МАГИСТЕРСКИЕ, ДИПЛОМНЫЕ, КУРСОВЫЕ
Консультационные услуги студентам
Консультационные услуги студентам
Наша компания оказывает помощь по написанию статей по предмету Уголовное право. Используем только актуальное законодательство, проекты федеральных законов, новейшую научную литературу и судебную практику. Предлагаем вам воспользоваться нашими услугами. На все выполняемые работы даются гарантии
Вернуться к списку статей по юриспруденции
УГОЛОВНО-ПРОЦЕССУАЛЬНЫЕ ОСНОВЫ ПРИМИРЕНИЯ КАК ОСНОВАНИЯ ДЛЯ ОСВОБОЖДЕНИЯ ОТ ОТВЕТСТВЕННОСТИ ПО ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВУ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ И РЕСПУБЛИКИ КАЗАХСТАН: ЭВОЛЮЦИЯ ПРАВОВОГО РЕГУЛИРОВАНИЯ
А.В. КОРВЯКОВ
Современная уголовно-правовая доктрина и практика Российской Федерации демонстрируют последовательное развитие механизмов дифференциации и индивидуализации ответственности. Одним из наиболее значимых инструментов в этом процессе выступает институт освобождения от уголовной ответственности в связи с примирением с потерпевшим, нормативно закрепленный в ст. 76 УК РФ <1> и ст. 25 УПК РФ <2>.
--------------------------------
<1> Уголовный кодекс Российской Федерации от 13 июня 1996 г. N 63-ФЗ // СПС "КонсультантПлюс".
<2> Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации от 18 декабря 2001 г. N 174-ФЗ // СПС "КонсультантПлюс".
Институт примирения сторон по своей правовой природе является комплексным, межотраслевым образованием, находящимся на стыке материального и процессуального права. Его фундаментальная цель заключается в реализации принципов справедливости и гуманизма <3>. Как справедливо отмечает Шестой кассационный суд общей юрисдикции (далее - СОЮ) в Определении от 25 февраля 2022 г. N 77-665/2022 <4>, именно достижение справедливости является законодательной предпосылкой для введения данной нормы. Справедливость в данном контексте понимается не только как соразмерность наказания, но и как возможность восстановления нарушенного баланса интересов между сторонами и государством. Прекращение уголовного преследования при соблюдении всех установленных законом условий свидетельствует о том, что лицо и совершенное им деяние утратили или значительно снизили свою общественную опасность, делая применение мер государственного принуждения избыточным.
--------------------------------
<3> Общая часть уголовного права: состояние законодательства и научной мысли / под ред. Н.А. Лопашенко. СПб.: Юридический центр Пресс, 2011. С. 687.
<4> Определение Шестого кассационного суда общей юрисдикции от 25 февраля 2022 г. N 77-665/2022 // СПС "КонсультантПлюс".
Центральной проблемой, пронизывающей всю судебную практику по применению ст. 76 УК РФ и ст. 25 УПК РФ, является вопрос о пределах судейского усмотрения. Анализ правовых позиций Конституционного Суда РФ (Определение от 21.06.2011 N 860-О-О) <5> и Верховного Суда РФ (Постановление Пленума от 27.06.2013 N 19) <6> однозначно указывает на то, что освобождение от уголовной ответственности является правом, а не обязанностью суда. Этот тезис последовательно развивается и в практике кассационных судов. Так, Второй кассационный СОЮ в Постановлениях от 22 сентября 2022 г. N 77-3156/2022 <7> и от 6 июля 2022 г. N 77-2206/2022 <8> подчеркивает, что возможность прекращения дела не является ни субъективным правом обвиняемого, ни даже потерпевшего и не подлежит автоматическому применению при формальном наличии оснований.
--------------------------------
<5> Определение Конституционного Суда РФ от 21 июня 2011 г. N 860-О-О // СПС "КонсультантПлюс".
<6> Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 27 июня 2013 г. N 19 "О применении судами законодательства, регламентирующего основания и порядок освобождения от уголовной ответственности" // СПС "КонсультантПлюс".
<7> Постановление Второго кассационного суда общей юрисдикции от 22 сентября 2022 г. N 77-3156/2022 // СПС "КонсультантПлюс".
<8> Постановление Второго кассационного суда общей юрисдикции от 6 июля 2022 г. N 77-2206/2022 // СПС "КонсультантПлюс".
Такой подход продиктован необходимостью обеспечения задач судопроизводства. Суд, действуя от имени государства, оценивает не только факт примирения и возмещения вреда, но и совокупность обстоятельств дела, включая объект посягательства, степень общественной опасности деяния, личность виновного, а также смягчающие и отягчающие обстоятельства.
Второй значимой исследовательской проблемой является неоднородность подходов к оценке достаточности мер по заглаживанию вреда. Позиция Второго кассационного СОЮ (Постановление от 20.10.2022 N 77-3625/2022) <9> определяет заглаживание вреда как широкое понятие, включающее не только возмещение ущерба, но и иные меры, направленные на восстановление нарушенных прав.
--------------------------------
<9> Постановление Второго кассационного суда общей юрисдикции от 20 октября 2022 г. N 77-3625/2022 // СПС "КонсультантПлюс".
Однако здесь возникает диалектическое противоречие. С одной стороны, потерпевший свободен в определении способа компенсации, что может варьироваться от денежной выплаты до публичных извинений или оказания иной помощи. С другой стороны, окончательная оценка достаточности этих мер для целей прекращения дела принадлежит суду. Следует обратить внимание на роль и процессуальное положение потерпевшего. Судебная практика, в частности позиция Четвертого кассационного СОЮ (Постановление от 17.08.2023 N 77-2777/2023) <10>, акцентирует внимание на обязанности суда установить подлинную добровольность и осознанность волеизъявления потерпевшего.
--------------------------------
<10> Постановление Четвертого кассационного суда общей юрисдикции от 17 августа 2023 г. N 77-2777/2023 // СПС "КонсультантПлюс".
М.А. Гаврилов и М.Ф. Мингалимова придерживаются мнения, что освобождение от уголовной ответственности ввиду примирения сторон должно оставаться предметом судейского усмотрения, исключая императивность, и основываться на комплексной оценке значимых обстоятельств <11>.
--------------------------------
<11> Гаврилов М.А., Мингалимова М.Ф. Основания и условия освобождения от уголовной ответственности в связи с примирением сторон // Мировой судья. 2023. N 11. С. 29.
Судебная практика показывает, что применение данных норм требует обязательной оценки всех обстоятельств дела, а освобождение от уголовной ответственности возможно лишь при условии соблюдения ряда формальных и материальных требований. Такой комплексный подход обеспечивает достижение принципа справедливости, позволяя учитывать особенности каждого дела, а также способствует достижению целей дифференциации уголовной ответственности и наказания, предупреждения повторных преступлений и защиты прав потерпевших.
Проведем анализ соответствующего законодательства Республики Казахстан <12>. В законодательстве Республики Казахстан норма, предусматривающая примирение с потерпевшим (или заявителем) как основание для освобождения от уголовной ответственности, претерпела значительные изменения с момента введения в Уголовный кодекс Республики Казахстан (далее - УК РК) первой редакции в 1997 г. <13>.
--------------------------------
<12> По материалам: Суверов С.Е. Особенности освобождения от уголовной ответственности в связи с примирением по Уголовному кодексу Республики Казахстан // Научный вестник Омской академии МВД России. 2021. N 2 (81). С. 123 - 131.
<13> Уголовный кодекс Республики Казахстан от 3 июля 2014 г. N 226-V ЗРК // Информационно-правовая система нормативных правовых актов Республики Казахстан. URL: https://adilet.zan.kz (дата обращения: 10.05.2025).
Изначально казахстанская норма о примирении, закрепленная в ст. 67 УК РК, устанавливала в качестве универсальных условий для освобождения от уголовной ответственности совершение преступления впервые, его отнесение к категории небольшой или средней тяжести и полное заглаживание причиненного потерпевшему вреда, причем данная концепция, воспринятая из положений Модельного Уголовного кодекса для государств СНГ <14> (далее - Модельный УК), свидетельствует о конвергенции правовых систем на постсоветском пространстве [3]. Уже на раннем этапе развития уголовного законодательства норма отличалась от аналогичных зарубежных, в частности от прежней ст. 76 УК РФ, поскольку в УК РК применение примирения имело императивный характер при соблюдении всех установленных условий.
--------------------------------
<14> Модельный Уголовный кодекс для государств - участников СНГ, принят Постановлением Межпарламентской Ассамблеи государств - участников СНГ от 17 февраля 1996 г. // СПС "КонсультантПлюс".
Последующая редакция УК РК, в частности изменения от 21.11.2010 и 18.01.2011, расширила сферу применения института примирения, включив в нее нормы, регулирующие освобождение несовершеннолетних от уголовной ответственности. Новаторские изменения позволили адаптировать уголовно-правовые положения к современным требованиям гуманизации уголовного процесса, введя меру принудительного воспитательного воздействия для несовершеннолетних правонарушителей. Существенным моментом стало изменение формулировки условия заглаживания вреда, когда теперь норма говорит о заглаживании причиненного вреда без привязки непосредственно к потерпевшему. В контексте дальнейших реформ, начиная с Указа Президента РК от 24 августа 2009 г. N 858 <15>, законодатель акцентировал внимание на гуманизации уголовного процесса, что привело к внедрению процедуры медиации как нового способа примирения сторон. Законодательные изменения от 9 ноября 2011 г. расширили субъектный состав примирения, включив законных представителей потерпевшего, а корректировки от 23 апреля 2014 г. ограничили применение данной нормы, исключив неосторожные преступления с двумя и более смертями, что отражает дифференциацию уголовно-правового воздействия в зависимости от общественной опасности деяния.
--------------------------------
<15> Указ Президента Республики Казахстан от 24 августа 2009 г. N 858 "О Концепции правовой политики Республики Казахстан на период с 2010 до 2020 года" // Информационно-правовая система нормативных правовых актов Республики Казахстан. URL: https://adilet.zan.kz.
Центральным элементом является ч. 1 ст. 68 УК РК, предусматривающая императивное освобождение от ответственности за преступления небольшой или средней тяжести, не повлекшие смерти человека. Часть 2 закрепляет дискреционное усмотрение при освобождении лиц, впервые совершивших преступление средней тяжести или тяжкое без тяжких последствий. Новелла ч. 3 распространяет институт на деяния, затрагивающие лишь публичные интересы, при условии раскаяния и возмещения ущерба.
Вместе с тем законодатель четко очерчивает границы применимости данного института. Часть 4 ст. 68 устанавливает исчерпывающий перечень преступлений, в отношении которых примирение недопустимо. К ним относятся деяния террористического и экстремистского характера, коррупционные преступления, против половой неприкосновенности несовершеннолетних и иные особо опасные посягательства.
Обе правовые системы воспринимают примирение сторон как важный механизм для гуманизации уголовного судопроизводства, снижения общественной опасности деяния и восстановления нарушенных прав потерпевших. В российском уголовном праве институт примирения, закрепленный посредством синтеза уголовно-правовых (ст. 76 УК РФ) и уголовно-процессуальных (ст. 25 УПК РФ) норм, обладает комплексным характером, обеспечивая как возможность дифференциации уголовной ответственности с учетом личностных характеристик обвиняемого и специфики совершенного деяния, так и способ минимизации негативных последствий для обеих сторон при соблюдении всех установленных условий.
В законодательстве институционный подход эволюционировал от более императивной нормы первой редакции УК РК к сложной системе положений действующего Кодекса, при этом сохраняется центральное требование примирения с потерпевшим или его законным представителем и необходимость заглаживания причиненного вреда.
Примечательно, что изначально оба государства заимствовали концепцию примирения из Модельного УК, однако дальнейшее развитие института пошло разными путями. В то время как российский законодатель сохранил относительно лаконичную формулировку ст. 76 УК РФ, казахстанское законодательство пошло по пути детализации и дифференциации условий применения института примирения, что отражено в структуре ст. 68 УК РК.
Введение процедуры медиации и расширение круга лиц (включая несовершеннолетних) демонстрируют желание казахстанского законодательства адаптироваться к современным стандартам защиты прав человека и гуманизации уголовного процесса. В российском уголовном процессе прекращение уголовного дела в связи с примирением сторон возможно как на досудебной стадии, так и в ходе судебного разбирательства. При этом судебная практика подчеркивает необходимость установления добровольности волеизъявления потерпевшего о примирении и его осведомленности о последствиях такого решения.
В обеих системах институт примирения направлен на компенсацию морального и материального вреда, восстановление прав потерпевших и снижение общественной опасности деяния. В России и Казахстане он рассматривается как средство социальной справедливости и профилактики повторных преступлений, оказывающее превентивное воздействие на правонарушителей.
Однако принципиальное различие состоит в степени нормативного регулирования и роли судебного усмотрения. Российское законодательство оставляет значительное пространство для оценки конкретных обстоятельств дела, что позволяет суду, принимая решение об освобождении от уголовной ответственности, учитывать множество нюансов: добровольность, характер заявлений потерпевшего, специфику деятельности обвиняемого и динамику общественной опасности деяния.
В отличие от этого, казахстанское уголовное законодательство, начиная с первоначальной редакции и последующих реформ, продемонстрировало тенденцию к более жесткому определению условий, при наличии которых применение примирительной нормы является обязательным. Императивный характер нормы для ряда категорий преступлений предполагает, что при соблюдении установленных критических условий освобождение от уголовной ответственности применяется автоматически, что снижает элемент субъективного выбора со стороны судебных органов.
Проведенный анализ демонстрирует, что казахстанский законодатель, особенно в отношении преступлений небольшой и средней тяжести, избрал путь большей формализации и императивности применения института примирения. Это означает, что при наличии законодательно установленных условий по определенным категориям дел освобождение от уголовной ответственности становится не просто возможным, а обязательным для правоприменителя. Именно этот аспект, на наш взгляд, заслуживает пристального внимания с точки зрения потенциального заимствования.
С учетом казахстанского опыта и в целях дальнейшей гуманизации российского уголовного законодательства, а также повышения эффективности института примирения, можно предложить следующее.
Необходимо рассмотреть предложение о реформировании института прекращения уголовного преследования в связи с примирением сторон (ст. 76 УК РФ, ст. 25 УПК РФ) путем придания ему императивного характера взамен существующего диспозитивного. Суть новеллы заключается в установлении обязанности, а не права суда или должностных лиц, ведущих расследование, прекращать уголовное дело при соблюдении ряда условий: совершение преступления небольшой или средней тяжести впервые, состоявшееся примирение с потерпевшим и полное заглаживание вреда.
С доктринальной точки зрения данная инициатива направлена на дальнейшую гуманизацию уголовного законодательства и усиление роли восстановительного правосудия.
Ключевым дискуссионным аспектом остается ограничение судебного усмотрения (а на досудебной стадии - усмотрения уполномоченных лиц). Действующий закон требует оценки не только формального наличия оснований, но и обстоятельств, связанных с личностью обвиняемого и общественной опасностью деяния. Предлагаемая модель, напротив, обязывает прекращать дело при формальном соответствии критериям, что порой противоречит публичным интересам и целям общей превенции.
Таким образом, сравнительный анализ института примирения в России и Казахстане выявляет перспективное направление для совершенствования российского законодательства. Опыт Казахстана, где по преступлениям небольшой и средней тяжести примирение сторон при соблюдении определенных условий влечет за собой обязательное освобождение от уголовной ответственности, представляет значительный интерес. Внедрение аналогичного подхода в российскую систему с сохранением дискреционных полномочий суда для сложных дел могло бы повысить эффективность института примирения, его гуманистический потенциал, правовую определенность и снизить нагрузку на правоохранительные органы и суды.
Это стало бы логичным шагом в развитии института примирения, отражающим стремление к балансу между интересами личности, общества и государства. Разумеется, любое заимствование требует тщательного анализа и адаптации к национальным правовым традициям и специфике правоприменительной практики Российской Федерации.
Литература
1. Мингалимова М.Ф. Основания и условия освобождения от уголовной ответственности в связи с примирением сторон / М.Ф. Мингалимова // Мировой судья. 2023. N 11. С. 26 - 31.
2. Общая часть уголовного права: состояние законодательства и научной мысли / П.В. Агапов [и др.]. Санкт-Петербург: Юридический центр Пресс (Асланов), 2011. 783 с.
3. Суверов С.Е. Особенности освобождения от уголовной ответственности в связи с примирением по Уголовному кодексу Республики Казахстан / С.Е. Суверов // Научный вестник Омской академии МВД России. 2021. N 2 (81). С. 123 - 131.
Наша компания оказывает помощь по написанию курсовых и дипломных работ, а также магистерских диссертаций по предмету Уголовное право, предлагаем вам воспользоваться нашими услугами. На все работы дается гарантия.
Навигация по сайту:
Контакты:
"Горячие" документы: