Применение оружия или предметов, используемых в качестве оружия, при совершении преступлений против собственности. Статьи по предмету Уголовный процесс

Наша компания оказывает помощь по написанию статей по предмету Уголовный процесс. Используем только актуальное законодательство, проекты федеральных законов, новейшую научную литературу и судебную практику. Предлагаем вам воспользоваться нашими услугами. На все выполняемые работы даются гарантии

ЗАКАЗАТЬ

Вернуться к списку статей по юриспруденции

ПРИМЕНЕНИЕ ОРУЖИЯ ИЛИ ПРЕДМЕТОВ, ИСПОЛЬЗУЕМЫХ В КАЧЕСТВЕ ОРУЖИЯ, ПРИ СОВЕРШЕНИИ ПРЕСТУПЛЕНИЙ ПРОТИВ СОБСТВЕННОСТИ

О.В. ШМЫГИНА

Правоприменители сталкиваются со значительными трудностями при разграничении понятий "применение", "использование" и "демонстрация оружия или предметов, способных выступать в качестве оружия".
Так, разбой, совершенный с применением оружия или предметов, используемых в качестве оружия, закреплен в качестве квалифицирующего признака в ч. 2 ст. 162 Уголовного кодекса Российской Федерации (УК РФ). Данный квалифицирующий признак в доктрине уголовного права толкуется неоднозначно, и в судебно-следственной практике подходы к применению указанного признака также различаются.
Само по себе наличие у лица оружия или предмета, способного его заменить, не является автоматическим основанием для вменения более тяжкого состава преступления. Юридическая конструкция насилия, классифицируемого как опасное для жизни и здоровья, а следовательно, и как квалифицирующий признак, связана не с фактом владения оружием, а с его применением в процессе совершения противоправного деяния <1>.
--------------------------------
<1> Бугера Н.Н. Уголовно-правовая оценка применения оружия или предметов, используемых в качестве оружия // Юридическая наука и правоохранительная практика. 2015. N 3 (33). С. 60.

Именно применение оружия или предмета, используемого в качестве оружия, трансформирует акт насилия, придавая ему повышенную общественную опасность. Такое действие не только повышает вероятность успешного достижения преступного умысла, преодолевая возможное сопротивление жертвы, но и служит свидетельством решимости и реальной способности злоумышленника воплотить угрозы в жизнь. Это своего рода заявление о намерениях, подкрепленное реальной угрозой.
Однако важно различать непосредственное применение оружия или предметов, используемых в качестве оружия, и наличие этих предметов у лица. Так, если виновный, совершая, например, грабеж, имеет при себе нож или кусок арматуры, но не извлекает его, не угрожает им потерпевшему и не использует его для достижения цели преступления (например, для подавления сопротивления или приведения жертвы в состояние страха), то сам по себе факт обладания этим предметом не дает законных оснований для квалификации его действий как вооруженного разбоя, предусмотренного ч. 2 ст. 162 УК РФ. В подобных случаях, несмотря на потенциальную опасность, отсутствие фактического использования ограничивает правоприменителя в применении более строгой нормы.
В качестве другого аспекта, подлежащего конкретизации, следует рассматривать применение насильственной угрозы, опасной для жизни и здоровья, и действия виновного, связанные с использованием животного для устрашения потерпевшего. Например, Ю.В. Чайка, размышляя о проблеме правосубъектности животных, полагает, что животные занимают "переходное субъектно-объектное состояние" <2>. Хотя животные не обладают волей и не осознают своих действий как преступных, они приобретают функциональную субъектность в руках преступника. Именно преступник наделяет их этой функцией, направляя их естественные способности (агрессию, силу, скорость) на достижение криминальной цели - нарушение прав собственности <3>.
--------------------------------
<2> Чайка Ю.В. Проблемы правосубъектности животных: теоретический аспект // Власть Закона. 2026. N 1 (65). С. 261.
<3> См.: Камышанский В.П. Конституционные ограничения права собственности // Юрист. 2004. N 5. С. 5.

В ряде постановлений находит отражение вопрос о квалификации действий виновного при использовании животных. Так, п. 23 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27 декабря 2002 г. N 29 "О судебной практике по делам о краже, грабеже и разбое" гласит о том, что если при совершении нападения с целью хищения чужого имущества виновный использует собак или других животных, которые представляют опасность для жизни или здоровья человека, либо угрожает применением такого насилия, то его действия следует квалифицировать с учетом конкретных обстоятельств дела по ч. 2 ст. 162 УК РФ.
В п. 3 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2007 г. N 45 "О судебной практике по уголовным делам о хулиганстве и иных преступлениях, совершенных из хулиганских побуждений" указано, что в случаях, если в процессе совершения хулиганства лицо использует животных, представляющих опасность для жизни или здоровья человека, содеянное с учетом конкретных обстоятельств дела может быть квалифицировано по ч. 2 ст. 213 УК РФ, по признаку применения предмета, используемого в качестве оружия. В действующем Постановлении N 45 сформулированы положения, которые, с одной стороны, расширили возможность вменения данного признака, с другой - ограничили. Расширение произошло за счет отнесения в п. 3 к данному признаку использования "животных, представляющих опасность для жизни или здоровья человека" <4>.
--------------------------------
<4> Тюнин В.И., Огарь Т.А. Об уголовной ответственности за хулиганство с применением оружия или предметов, используемых в качестве оружия // Уголовное право. 2023. N 10. С. 72.

В одном из рассматриваемых случаев виновный Р. применил следующую тактику запугивания потерпевшего для совершения хищения. Приказом "фас", отданным собственной собаке, Р. фактически использовал животное как инструмент, способный ввиду своей агрессивности и дрессировки причинить потерпевшему травмы, представляющие реальную опасность для жизни и здоровья. На фоне словесных угроз, сопровождавшихся агрессивным поведением собаки, ее яростным лаем и попытками наброситься на жертву, данная ситуация расценена судом как акт насилия, совершенный с применением предмета, используемого в качестве оружия. В данном контексте собака, подконтрольная хозяину и направленная на потерпевшего, стала объективным средством, увеличивающим общественную опасность преступления.
В итоге суд квалифицировал действия Р. по ч. 2 ст. 162 УК РФ как разбой. Основанием для этого послужило нападение с целью хищения имущества, сопровождавшееся угрозой применения насилия, опасного для жизни и здоровья, а главное - осуществленное с использованием предмета, фактически выступившего в роли оружия <5>.
--------------------------------
<5> Приговор Железнодорожного районного суда г. Екатеринбурга от 7 августа 2017 г. по делу N 1-221/2017 // Судебные и нормативные акты РФ. URL: https://sudact.ru/regular/doc/CniOJnoN2oHK/ (дата обращения: 01.04.2026).

В случаях, если в ходе расследования преступлений установлено, что виновный использовал в качестве оружия собаку или другое животное, ключевыми задачами правоприменителя становится определение следующих аспектов: во-первых, имела ли место реальная угроза применения насилия с использованием животного; во-вторых, осуществлялось ли непосредственное натравливание животного на потерпевшего; в-третьих, существовали ли объективные причины для потерпевшего опасаться реализации данной угрозы.
Подобного подхода придерживается и судебная практика. Так, Апелляционным определением Белгородского областного суда изменен, что представляется верным, приговор районного суда и действия Т. переквалифицированы с ч. 3 ст. 162 УК РФ на п. "в, г" ч. 2 ст. 161 УК РФ. Преступление совершено при следующих обстоятельствах. Подсудимый, выгуливая свою собаку в ночное время, проник в жилое помещение с целью хищения чужого имущества. Разбудил потерпевшую и стал требовать деньги на приобретение спиртного, угрожал, что ее убьет и закопает, натравит на нее собаку, которая была у Т. на поводке. Собака не проявляла ни малейших признаков агрессии: она была спокойна, не лаяла и не пыталась напасть на потерпевшую. В ходе разбирательства установлено, что Т. не предпринимал активных действий по натравливанию собаки. Его угрозы носили преимущественно вербальный характер, подкрепленный лишь однократным, безуспешным толчком животного, которое не отреагировало на команду.
Таким образом, судебная инстанция пришла к выводу об отсутствии реального, внезапного акта агрессии со стороны собаки, направленного на потерпевшую, а следовательно, об отсутствии угрозы применения насилия посредством животного. Потерпевшая испугалась не применения собаки, а факта проникновения в ночное время в ее жилище знакомых для нее лиц, требующих денег или спиртного <6>. Эта детализация позволила суду разграничить реальную уголовно наказуемую угрозу применения насилия и эмоциональную реакцию жертвы на неприемлемое, но невооруженное вторжение.
--------------------------------
<6> Апелляционное определение Белгородского областного суда от 4 февраля 2015 г. по делу N 22-165/2015 // Актофакт: информ.-аналитическая система. URL: https://actofact.ru/case-04OS0000-22-165-2015-2015-01-14-2-1/?ysclid=mqct02nxao990461046 (дата обращения: 01.04.2026).

Использование животных в качестве орудия совершения преступления в научной литературе условно получило название "зоологическое преступное насилие" <7>. Деяния, представляющие общественную опасность и совершенные с привлечением собак или иных животных, потенциально опасных для жизни и здоровья, подпадают под категорию "применение оружия или предметов, используемых в качестве оружия" <8>. Данная квалификационная установка релевантна не только для разбоя и хулиганства, но и для множества других преступлений, содержащих соответствующие квалифицирующие признаки (в частности, ст. 111, 112, 115, 126, 127, 211 УК РФ). Признавая за животными, согласно позиции высшего судебного органа, опасные свойства, лицо, эксплуатирующее их при совершении корыстных или иных общественно опасных посягательств, фактически использует предметы, приравниваемые к оружию.
--------------------------------
<7> Плешаков А.М. Преступное психическое насилие с использованием животных // Вестник Московского государственного областного университета. Серия: Юриспруденция. 2020. N 1. С. 123.
<8> Солдатова Ю.А. Использование животного в качестве орудия совершения преступления // Новый юридический вестник. 2021. N 6 (30). С. 31.

Далее рассмотрим вопрос о квалификации вымогательства, совершенного с применением оружия или предметов, используемых в качестве оружия, в контексте которого тоже наблюдается немало сложностей. Существующий в УК РФ пробел заключается в отсутствии прямой ответственности за предъявление незаконных требований преступником при вымогательстве, совершенном с использованием оружия или предметов, выступающих в его роли. Законодатель не предусмотрел данный аспект ни как квалифицирующий, ни как особо квалифицирующий признак для ст. 163 УК РФ.
Исходя из анализа судебной практики по делам о вымогательстве, в которых фигурировали оружие или его аналоги, становится очевидным, что суды в подобных случаях, как правило, квалифицируют такие действия либо по ч. 2 ст. 163 УК РФ, либо по ч. 1 этой же статьи. Главный критерий, находящийся в основе квалификации, - наличие угрозы применения насилия.
Исследователи неоднократно обращались к проблематике вымогательства, сопряженного с использованием оружия или предметов, способных его заменить. Тем не менее вопрос о целесообразности выделения такого факта в качестве отдельного квалифицирующего признака до сих пор вызывает споры. Например, О.Р. Якубович аргументирует, что действия, включающие в себя угрозу вооруженным насилием, которое является реальным и действительным, нужно трактовать не как "простое" насильственное вымогательство, а как вымогательство с применением оружия <9>. Т.Р. Тагиев, в свою очередь, акцентирует внимание на том, что имеющиеся у преступника в момент совершения преступления орудия и средства в значительной степени предопределяют реальность высказанной им угрозы наряду с другими факультативными признаками данного состава <10>.
--------------------------------
<9> Якубович О.Р. Способ совершения преступления и его уголовно-правовое значение: автореф. дис. ... канд. юрид. наук. М., 2004. С. 15.
<10> Тагиев Т.Р. Факультативные признаки вымогательства // Новый университет. Серия: Экономика и право. 2011. N 3. С. 99.

Так, суд квалифицировал действия виновных по п. "а" ч. 2 ст. 163 УК РФ. Данная квалификация обусловлена фактом открытой демонстрации оружия при выдвижении имущественных требований (денежных средств). Действия виновных, помимо вербальных угроз, послужили подтверждением реальной готовности применить насилие, к тому же и к потерпевшему, и к его родственникам. Это было не просто заявление о намерениях, но и демонстрация реальных возможностей <11>.
--------------------------------
<11> Приговор Сосновского районного суда Челябинской области от 5 февраля 2016 г. по делу N 1-16/2016 // Актофакт: информ.-аналитическая система. URL: https://actofact.ru/case-74RS0038-1-16-2016-1-302-2015-2015-09-04-2-0/ (дата обращения: 01.04.2026).

Суд, анализируя комплекс обстоятельств, от обстановки совершения преступления (вероятно, внезапное и агрессивное поведение) до количества вооруженных лиц, а также характера высказанных угроз, пришел к выводу о том, что у потерпевших были все основания для обоснованного страха за свою жизнь и здоровье. Именно в такой ситуации, при которой демонстрация оружия становится убедительной частью угрозы, создается атмосфера полного подчинения воли жертвы, что и становится ключевым элементом при квалификации деяния как вымогательства, совершенного с применением оружия.
В доктрине уголовного права утверждается, что демонстрацию оружия или предметов, используемых в качестве оружия, нельзя относить к их применению, данные действия являются угрозой применения оружия. Выстрел в воздух в качестве предупреждения также следует оценивать как угрозу применения насилия, опасного для жизни или здоровья <12>. В частности, суд признал виновными И. и Г. в совершении преступления, предусмотренного п. "а" ч. 2 ст. 163 УК РФ, при следующих обстоятельствах дела: виновные заранее договорились о совершении вымогательства денег, требовали от потерпевших передачи им ценностей, подкрепляя серьезность намерений выстрелом из ружья в воздух <13>. Следовательно, правоприменители не делают разграничения между использованием оружия и реальным его применением.
--------------------------------
<12> Павлова А.А., Корякина З.И. Психическое насилие как способ совершения преступления // Вестник Северо-Восточного федерального университета имени М.К. Аммосова. 2014. Т. 11. N 6. С. 166.
<13> Приговор Холмогорского районного суда Архангельской области от 26 ноября 2019 г. по делу N 1-97/2019 // Судебные и нормативные акты РФ. URL: https://sudact.ru/regular/doc/4LpecsnXWCmX/?ysclid=mqctlvq9x2944462678 (дата обращения: 01.04.2026).

Как показывает анализ судебных решений, примерно каждый пятый эпизод вымогательства сопровождался угрозами, подкрепленными использованием оружия или схожих предметов, а также иными незаконными действиями. Предметами, заменяющими оружие, признаны различные средства, способные причинить вред жизни и здоровью. Наиболее распространенными среди них оказались колюще-режущие (ножи, заточки, топоры) и огнестрельные (пистолеты, ружья) виды оружия. Использование животных, например собак, для запугивания зафиксировано лишь в 2% случаев <14>.
--------------------------------
<14> Шмыгина О.В. Угроза как способ совершения преступлений против собственности: дис. ... канд. юрид. наук. Новосибирск, 2025. С. 65.

Демонстрация оружия или схожих предметов при угрозе имеет значительное влияние на потерпевшего. Такие предметы, даже без непосредственного применения, способны многократно усилить психотравмирующее воздействие вербальных угроз <15>. Они выступают в качестве убедительного свидетельства реальной опасности, тем самым преступник подкрепляет слова видимостью неотвратимости применения насилия. Это, в свою очередь, создает у потерпевшего ощущение неуязвимости злоумышленника и повышает вероятность пассивного подчинения, объективно облегчая достижение им преступных целей.
--------------------------------
<15> Копылов И.А. Понятие предмета, используемого в качестве оружия, его отличие от оружия и уголовно-правовое значение // Modern Science. 2022. N 2-1. С. 212.

Демонстрация оружия или предметов, используемых в качестве оружия, безусловно, оказывает существенное влияние на подавление воли потерпевшего, реально воспринимающего подобные действия. Тем самым усиливается угрожающий эффект от высказанных угроз, и воля потерпевшего подчинена воле виновного, что повышает степень общественной опасности вымогательства.
Считаем целесообразным в целях надлежащего уяснения смысла закона разграничить реальное применение оружия или предметов, его заменяющих, и потенциальную возможность его применения, установив дифференцированную уголовную ответственность.

Библиографический список

1. Бугера Н.Н. Уголовно-правовая оценка применения оружия или предметов, используемых в качестве оружия // Юридическая наука и правоохранительная практика. 2015. N 3 (33). С. 55 - 62.
2. Камышанский В.П. Конституционные ограничения права собственности // Юрист. 2004. N 5. С. 5 - 7.
3. Копылов И.А. Понятие предмета, используемого в качестве оружия, его отличие от оружия и уголовно-правовое значение // Modern Science. 2022. N 2-1. С. 207 - 212.
4. Павлова А.А., Корякина З.И. Психическое насилие как способ совершения преступления // Вестник Северо-Восточного федерального университета имени М.К. Аммосова. 2014. Т. 11. N 6. С. 164 - 167.
5. Плешаков А.М. Преступное психическое насилие с использованием животных // Вестник Московского государственного областного университета. Серия: Юриспруденция. 2020. N 1. С. 122 - 128.
6. Солдатова Ю.А. Использование животного в качестве орудия совершения преступления // Новый юридический вестник. 2021. N 6 (30). С. 29 - 31.
7. Тагиев Т.Р. Факультативные признаки вымогательства // Новый университет. Серия: Экономика и право. 2011. N 3. С. 97 - 100.
8. Тюнин В.И., Огарь Т.А. Об уголовной ответственности за хулиганство с применением оружия или предметов, используемых в качестве оружия // Уголовное право. 2023. N 10. С. 70 - 78.
9. Шмыгина О.В. Угроза как способ совершения преступлений против собственности: дис. ... канд. юрид. наук. Новосибирск, 2025. 186 с.
10. Чайка Ю.В. Проблемы правосубъектности животных: теоретический аспект // Власть Закона. 2026. N 1 (65). С. 249 - 262.
11. Якубович О.Р. Способ совершения преступления и его уголовно-правовое значение: автореф. дис. ... канд. юрид. наук. М., 2004. 33 с.

Наша компания оказывает помощь по написанию курсовых и дипломных работ, а также магистерских диссертаций по предмету Уголовный процесс, предлагаем вам воспользоваться нашими услугами. На все работы дается гарантия.

ИА ГАРАНТ