ЮРИСПРУДЕНЦИЯ: МАГИСТЕРСКИЕ, ДИПЛОМНЫЕ, КУРСОВЫЕ
Консультационные услуги студентам
Консультационные услуги студентам
Наша компания оказывает помощь по написанию статей по предмету Теория государства и права. Используем только актуальное законодательство, проекты федеральных законов, новейшую научную литературу и судебную практику. Предлагаем вам воспользоваться нашими услугами. На все выполняемые работы даются гарантии
Вернуться к списку статей по юриспруденции
СВЕТСКИЕ И ТЕОЛОГИЧЕСКИЕ КОНЦЕПЦИИ ЧЕЛОВЕЧЕСКОГО ДОСТОИНСТВА В БИОЮРИСПРУДЕНЦИИ: ПРОБЛЕМА КОНФЛИКТА НОРМАТИВНОСТИ И ПЕРСПЕКТИВЫ ГАРМОНИЗАЦИИ <*>
Е.В. ТИТОВА
--------------------------------
<*> Исследование выполнено за счет гранта Российского научного фонда N 25-18-00338, https://rscf.ru/project/25-18-00338/ ("Антропологический биоконституционализм и достижение биоэтического благополучия в системе обеспечения гуманитарной биобезопасности: человеческое достоинство и новые права человека в правовой онтологии и биосоциальной репродукции").
Развитие биомедицинских технологий обострило фундаментальную проблему отсутствия единого нормативного понимания человеческого достоинства, способного служить основанием правового регулирования. Светская парадигма и теологические подходы существенно расходятся в определении момента возникновения личности и, следовательно, в оценке дозволенности конкретных биомедицинских практик. За противоречием стоят принципиально различные антропологические парадигмы, определяющие нормативное содержание биоэтических и биоюридических регулятивов. Человеческое достоинство в биоправе выступает "регулятивной идеей", содержание которой остается предметом дискуссий <1>. В российской правовой доктрине также признается, что биоэтика задает ценностную программу правового регулирования медицинской деятельности, не сводимой при этом к моральной теории как таковой <2>.
--------------------------------
<1> Andorno R. Human Dignity and Human Rights as a Common Ground for a Global Bioethics // Journal of Medicine and Philosophy. 2009. Vol. 34. Iss. 3. P. 223 - 240.
<2> Седова Н.Н. Правовой статус биоэтики в современной России // Медицинское право. 2005. N 1. С. 9 - 14.
Далее рассмотрим соотношения светских и теологических оснований достоинства через призму конституционно-правовых механизмов защиты биоэтического благополучия личности и формирующуюся концепцию антропологического биоконституционализма как перспективную интегративную рамку преодоления конфликта нормативности.
Анализ современного биоэтического дискурса позволяет выделить два магистральных направления в понимании человеческого достоинства.
Первая концепция - светская (либеральная) парадигма - восходит к кантианской традиции и рассматривает достоинство как присущую рациональному существу способность к автономному целеполаганию. И. Кант в работе "Основоположения к метафизике нравов" определял достоинство как абсолютную внутреннюю ценность, которой обладает разумное существо в силу способности разума к моральному "самозаконодательству" <3>. Достоинство в этой традиции выступает основанием субъективных прав и требует безусловного уважения к свободе самоопределения личности. В современном биоэтическом дискурсе эта парадигма нашла выражение в принципе уважения автономии (respect for autonomy), который Т. Бичамп и Дж. Чилдресс сформулировали как один из четырех базовых принципов биомедицинской этики <4>. Данный принцип налагает как негативные обязательства, как то: воздержание от вмешательства в выбор автономного субъекта, так и позитивные - создание условий для информированного принятия решений. В практике биомедицинской этики это находит конкретное выражение, например, в требовании информированного согласия, которое рассматривается как практическое применение принципа уважения автономии и ключевой инструмент защиты прав пациента.
--------------------------------
<3> Кант И. Собрание сочинений. В 8 т. Юбилейное издание 1794 - 1994 / пер. с нем.; под общ. ред. А.В. Гулыги. Т. 4. Пролегомены. Основоположения метафизики нравов. Метафизические начала естествознания. Критика практического разума. М.: ЧОРО, 1994. С. 153 - 246.
<4> Beauchamp T.L., Childress J.F. Principles of Biomedical Ethics. 8th ed. New York: Oxford University Press, 2019. 512 p.
Радикализированные версии светской парадигмы иногда сводят достоинство к актуальным когнитивным способностям, увязывая право на жизнь с их наличием и степенью сохранности. Показательна позиция американского философа Майкла Тули, сформулировавшего "требование самосознания", согласно которому право на жизнь имеет лишь тот, кто обладает представлением о себе как продолжающемся субъекте переживаний и желает собственного продолжения как носителя сознательного опыта; ни эмбрионы, ни новорожденные, ни лица с тяжелыми когнитивными нарушениями, по его мнению, не являются "персонами" и не имеют права на жизнь, что делает аборт и инфантицид морально допустимыми практиками <5>. Такая радикализация, легитимирующая иерархизацию внутри человеческого рода, принципиально недопустима и в российском правопорядке вступает в прямое противоречие с конституционным принципом равного достоинства и недопустимости его умаления (ч. 1 ст. 21 Конституции РФ), тогда как, как обоснованно показывает И.Ю. Крылатова, преобладающая отечественная биоэтическая и правовая доктрина исходит из уважения достоинства человека от момента зачатия до утраты телесной основы, включая посмертное достоинство <6>.
--------------------------------
<5> Tooley M. Abortion and Infanticide // Philosophy and Public Affairs. 1972. Vol. 2. Iss. 1. P. 37 - 65. URL: https://eclass.uoa.gr/modules/document/file.php/PPP504/Michael%20Tooley,%20Abortion%20and%20infanticide.pdf (date of access: 23.06.2026).
<6> Крылатова И.Ю. Природа права на биоэтическое достоинство личности и его синтез в конструкции прав человека // Вестник Гуманитарного университета. 2024. Т. 12. N 1. С. 113 - 119.
Второе направление, связанное с религиозными традициями, в противоположность светскому функционализму обосновывает достоинство как неотъемлемое свойство человеческого существа, проистекающее из факта его бытия в акте божественного творения.
Католическая христианская традиция обосновывает достоинство человека библейским учением о человеке как созданном "по образу и подобию Божию" (imago Dei, Быт. 1:27). Каждый человек от момента зачатия несет черты образа Божия, что наделяет его внутренним достоинством, не зависящим от внешних обстоятельств. Официальная позиция Католической церкви систематизирована в инструкциях Конгрегации вероучения Donum Vitae ("Дар жизни", 1987) и Dignitas Personae ("Достоинство личности", 2008). Инструкция Dignitas personae <7> подчеркивает: "Человеческий эмбрион с самого начала обладает достоинством, присущим личности", поскольку развитие человеческого существа на протяжении всей жизни "не позволяет постулировать ни изменения природы, ни градации моральной ценности". Вместе с тем обозначенная позиция не устанавливает абсолютного запрета всех биомедицинских инноваций. В частности, документ поддерживает исследования со взрослыми стволовыми клетками и терапевтические генетические вмешательства (п. 31 - 32). Принципиальный запрет установлен в отношении экстракорпорального оплодотворения во всех его формах как нарушающим неразрывную связь между унитивным (объединяющим) и прокреативным (продолжающим род) значениями супружеского акта <8>.
--------------------------------
<7> Обучение Dignitas Personae по определенным биоэтическим вопросам, Конгрегация по доктрине веры. URL: https://www.vatican.va/roman_curia/congregations/cfaith/documents/rc_con_cfaith_doc_20081208_dignitas-personae_en.html (date of access: 23.06.2026).
<8> Конгрегация вероучения. Инструкция Donum vitae об уважении к зарождающейся человеческой жизни и о достоинстве деторождения (Ватикан, 22 февраля 1987 г. II B, 5). URL: https://katalik.livejournal.com/76878.html (дата обращения: 23.06.2026).
Переходя к православной интерпретации христианской антропологии с ее принципом икономии, следует отметить, что Русская Православная Церковь, разделяя с католицизмом признание полноценного личностного статуса эмбриона с момента зачатия, демонстрирует значительно большую гибкость и допускает искусственное оплодотворение половыми клетками супругов при условии исключения производства избыточных эмбрионов. Однако православная теология утверждает теоцентрическое основание достоинства: человек ценен не благодаря своим способностям, а потому что создан по образу Божию и призван к единению с Богом (теозису). Принцип, восходящий к Тертуллиану: "Тот, кто будет человеком, уже человек" (homo est qui futurus est), получил развитие в документе "О неприкосновенности жизни человека с момента зачатия", принятом Архиерейским совещанием РПЦ в 2023 г. В пункте 3 документ формулирует позитивное утверждение - эмбрион не является "человеком в потенции", но представляет собой развивающееся человеческое существо с полной личностной ипостасью <9>. Библейское обоснование включает указание на действие божественного Промысла в утробном развитии (Пс. 138:13-16) и свидетельства о способности человека к восприятию благодати Святого Духа еще в утробе (Лк. 1:41-44).
--------------------------------
<9> Документ Архиерейского совещания Русской Православной Церкви "О неприкосновенности жизни человека с момента зачатия" (г. Москва, 19 июля 2023 г.) // Официальный сайт Московского Патриархата. URL: http://www.patriarchia.ru/db/text/6044561.html (дата обращения: 23.06.2026).
В отличие от католицизма православная традиция демонстрирует большую гибкость в применении принципа икономии (пастырской снисходительности). Основы социальной концепции Русской Православной Церкви допускают искусственное оплодотворение половыми клетками супругов, поскольку "оно не нарушает целостности брачного союза, не отличается принципиальным образом от естественного зачатия и происходит в контексте супружеских отношений" (XII. 4, 2000 г.) <10>. Вместе с тем Церковь категорически осуждает использование донорского генетического материала или услуг суррогатного материнства как подрывающее основы семейных взаимосвязей, а также все формы ЭКО, предполагающие производство, консервацию и уничтожение избыточных эмбрионов. Уточнение Священного Синода 2013 г. разъяснило, что осуждение ЭКО связано не с методом как таковым, а именно с образованием и уничтожением избыточных эмбрионов <11>.
--------------------------------
<10> Основы социальной концепции Русской Православной Церкви. М.: Издательство Московской Патриархии, 2000. С. 150 - 152.
<11> Заявление Священного Синода Русской Православной Церкви от 25 декабря 2013 г. "Позиция Церкви в связи с развитием технологий экстракорпорального оплодотворения" // Официальный сайт Московского Патриархата. URL: http://www.patriarchia.ru/db/text/6044561.html (дата обращения: 23.06.2026).
Обращаясь к исламской биоэтике с ее концепцией постепенного одушевления, отметим, что она содержит иной подход к определению момента возникновения полноценной личности, сохраняя при этом признание сакральности человеческой жизни. Преобладающая позиция в мусульманском правоведении, основанная на хадисе Ибн Масуда, различает три стадии развития эмбриона по 40 дней (нутфа, аляка, мудга), после чего на 120-й день происходит одушевление, но есть и другая позиция, согласно которой это событие относится к 40-му дню. Это позволяет по-разному оценивать допустимость вмешательств на разных стадиях развития эмбриона. Исламская биоэтика при определенных условиях допускает продление периода исследований по меньшей мере до 40-го дня, при этом моральный статус эмбриона in vitro не приравнивается к его статусу in vivo <12>. Фетва Совета Исламской академии правоведения (фикха) при Организации Исламская конференция (2003 г.) устанавливает допустимость использования стволовых клеток при условии их получения из "легитимных" с точки зрения шариата источников - взрослого организма, пуповинной крови, плаценты, самопроизвольно погибших плодов, а также избыточных эмбрионов программ ЭКО, не предназначенных для имплантации <13>. Исламский подход, таким образом, сближается с концепцией постепенного развития морального статуса, что отличает его как от полного запрета в католицизме, так и от полного признания личности с момента зачатия в православии.
--------------------------------
<12> Muslim medical ethics: From theory to practice / eds. by J.E. Brockopp, T. Eich. University of South Carolina Press, 2021. 298 p.
<13> Fadel H.E. Developments in stem cell research and therapeutic cloning: Islamic ethical positions, a review // Bioethics. 2012. Vol. 26. Iss. 3. P. 128 - 135.
Иудейская традиция функционально истолковывает "образ Божий" (tzelem Elohim), связывая его с человеческой разумностью и нравственной ответственностью, что позволяет рассматривать вмешательство в природные процессы, включая ВРТ, как допустимую реализацию дарованной Богом творческой способности при соблюдении религиозно-этических ограничений (брачный контекст, уважение к статусу эмбриона, недопустимость унижения достоинства). В галахе эмбрион не обладает статусом nefesh (личности) до рождения: Талмуд (Йевамот 69б) считает его до 40-го дня "просто водой" (maya bealma), а Мишна (Охалот 7:6) допускает прерывание беременности ради спасения жизни матери, поскольку плод рассматривается как часть ее тела, а не самостоятельная личность <14>. На этом фоне большинство раввинских авторитетов признают ЭКО в рамках брака как исполнение заповеди "плодитесь и размножайтесь" (Быт. 1:28), а израильская правоприменительная практика с широкой доступностью и государственным финансированием ВРТ, включая допустимость уничтожения избыточных эмбрионов в логике принципа pikuach nefesh (спасение жизни), институционализирует такой подход.
--------------------------------
<14> Feldman D.M. Birth control in Jewish law. New York University. 1968. P. 261.
Анализ светской (либеральной), христианской (католической и православной) и иных монотеистических парадигм позволяет выделить три ключевых источника конфликта нормативности, т.е. столкновения регулятивных систем, претендующих на упорядочение одной и той же области биомедицины, но опирающихся на различные антропологические основания: 1) критерий личности и момент возникновения полного морального статуса; 2) соотношение достоинства и способностей; 3) соотношение личности и природы.
Перспективным концептуальным решением выступает формирующаяся парадигма антропологического биоконституционализма как междисциплинарный синтез биоэтики, конституционного права и философской антропологии и одновременно система нормативных установлений (lex biomedica) - модель регулирования биомедицинских практик с учетом как светских, так и ценностных измерений достоинства <15>. Разрабатываемая под руководством профессора И.А. Кравца научная концепция антропологического биоконституционализма утверждает антропоцентризм как методологическую основу биоюридического регулирования, признавая центром правовой системы не абстрактную правовую фикцию, а конкретное биосоциальное существо, обладающее телесностью, уязвимостью и динамически развивающимся достоинством <16>. Ключевыми элементами здесь выступают: 1) категория биоэтического благополучия, интегрирующая физические, духовные и экзистенциальные измерения; 2) достоинство как ценностное ядро и фундаментальная аксиома; 3) принцип уязвимости как основание защиты; 4) конституционализация новых биоэтических прав.
--------------------------------
<15> Понкин И.В., Понкина А.А. Понятие, природа и онтология lex biomedica // Акушерство, гинекология и репродукция. 2020. Т. 14. N 5. С. 515 - 521.
<16> Кравец И.А. Биоэтический конституционализм как новый вектор развития правового и экзистенциального мировоззрения в эпоху генетической информации и биоюриспруденции прав человека // Юридическая наука и практика. 2025. Т. 21. N 3. С. 27 - 44.
Антропологический биоконституционализм содержит потенциал для гармонизации светских и теологических подходов к достоинству, восстанавливая целостное понимание человека и преодолевая разрыв между абстрактной правовой личностью и конкретным воплощенным существом, что сближает светскую юриспруденцию с холистическими антропологиями религиозных традиций. Такой подход институционализирует уязвимость как центральный принцип биоэтического регулирования и предлагает динамическое понимание достоинства, интегрирующее онтологическое (теологическое) и регулятивное (светское) измерения, опираясь на принцип минимального консенсуса, предполагающий выделение норм, признаваемых различными традициями независимо от метафизических оснований (например, запрет репродуктивного клонирования, недопустимость гибридных форм, защита генетической информации). Тем самым антропологический биоконституционализм ориентирует биоюриспруденцию не на навязывание единого мировоззрения, а на конструктивный диалог, объединенный признанием центральной роли достоинства, значимости телесного существования и универсальности уязвимости в условиях биотехнологической революции XXI в.
Литература
1. Кант И. Собрание сочинений. В 8 томах. Юбилейное издание 1794 - 1994 / перевод с немецкого; И. Кант; под общей редакцией А.В. Гулыги. Т. 4. Пролегомены. Основоположения метафизики нравов. Метафизические начала естествознания. Критика практического разума. Москва: ЧОРО, 1994. 629 с.
2. Кравец И.А. Биоэтический конституционализм как новый вектор развития правового и экзистенциального мировоззрения в эпоху генетической информации и биоюриспруденции прав человека / И.А. Кравец // Юридическая наука и практика. 2025. Т. 21. N 3. С. 27 - 44.
3. Крылатова И.Ю. Природа права на биоэтическое достоинство личности и его синтез в конструкции прав человека / И.Ю. Крылатова // Вестник Гуманитарного университета. 2024. Т. 12. N 1. С. 113 - 119.
4. Понкин И.В., Понкина А.А. Понятие, природа и онтология lex biomedica / И.В. Понкин, А.А. Понкина // Акушерство, гинекология и репродукция. 2020. Т. 14. N 5. С. 515 - 521.
5. Седова Н.Н. Правовой статус биоэтики в современной России / Н.Н. Седова // Медицинское право. 2005. N 1. С. 9 - 14.
References
1. Andorno R. Human Dignity and Human Rights as a Common Ground for a Global Bioethics / R. Andorno // Journal of Medicine and Philosophy. 2009. Vol. 34. Iss. 3. P. 223 - 240.
2. Beauchamp T.L. Principles of Biomedical Ethics / T.L. Beauchamp, J.F. Childress. 8th ed. New York: Oxford University Press, 2019. 512 p.
3. Fadel H.E. Developments in stem cell research and therapeutic cloning: Islamic ethical positions, a review / H.E. Fadel // Bioethics. 2012. Vol. 26. Iss. 3. P. 128 - 135.
4. Feldman D.M. Birth control in Jewish law / D.M. Feldman. New York University, 1968. 322 р.
5. Muslim medical ethics: From theory to practice / eds. by J.E. Brockopp, T. Eich. University of South Carolina Press, 2021. 298 p.
6. Tooley, M. Abortion and Infanticide / M. Tooley // Philosophy and Public Affairs. 1972. Vol. 2. Iss. 1. P. 37 - 65.
Наша компания оказывает помощь по написанию курсовых и дипломных работ, а также магистерских диссертаций по предмету Теория государства и права, предлагаем вам воспользоваться нашими услугами. На все работы дается гарантия.
Навигация по сайту:
Контакты:
"Горячие" документы: