Вопросы совершенствования правового регулирования договорных отношений Гражданского кодекса Республики Узбекистан. Статьи по предмету Гражданское право

Наша компания оказывает помощь по написанию статей по предмету Гражданское право. Используем только актуальное законодательство, проекты федеральных законов, новейшую научную литературу и судебную практику. Предлагаем вам воспользоваться нашими услугами. На все выполняемые работы даются гарантии

ЗАКАЗАТЬ

Вернуться к списку статей по юриспруденции

ВОПРОСЫ СОВЕРШЕНСТВОВАНИЯ ПРАВОВОГО РЕГУЛИРОВАНИЯ ДОГОВОРНЫХ ОТНОШЕНИЙ ГРАЖДАНСКОГО КОДЕКСА РЕСПУБЛИКИ УЗБЕКИСТАН

Ш.Н. РУЗИНАЗАРОВ

XXI в. - век информационных и цифровых технологий. Цифровые технологии создали новую эру в гражданском обороте. По своей природе цифровой гражданский оборот - это сравнительно новый объект правового регулирования. В современных условиях цифровой реальности возникла объективная потребность научно-теоретического осмысления конституционных основ, осуществления и защиты субъективных цифровых гражданских прав по законодательству Республики Узбекистан. Следовательно, субъекты гражданско-правовых отношений активно участвуют в договорно-правовых отношениях не только в реальности, но и в цифровом пространстве. Как нам известно, одним из крупных разделов Гражданского кодекса Республики Узбекистан <1> (далее - ГК РУ) является раздел обязательственного права. Конституция Республики Узбекистан <2> дает мощный импульс для повышения социально-регулятивной роли ГК РУ как кодифицированного нормативно-правового акта. В новых условиях нормотворческого процесса в сфере гражданского законодательства возникает ряд проблем системного и сравнительного характера и в данном частноправовом институте. Исходя из конституционного положения, в настоящее время необходимо учитывать социальную роль частного права в процессе совершенствования договорно-правового регулирования с учетом объективной потребности цифровизации гражданского оборота и национально-исторических особенностей Республики Узбекистан.
--------------------------------
<1> URL: https://lex.uz/docs/111181 (дата обращения: 06.03.2026).
<2> URL: https://lex.uz/docs/6445147 (дата обращения: 06.03.2026).

В целом, анализируя современные подходы к гражданско-правовым договорам, закрепленным в ГК РУ, можно отметить, что, во-первых, они способствуют внедрению принципиально новых инструментов договорного регулирования, включая совершенствование классификации договоров; во-вторых, обеспечивают более широкие возможности для реализации свободы договора; в-третьих, направлены на укрепление устойчивости и предсказуемости договорных отношений. Кроме того, данные изменения создают правовые предпосылки для эффективного применения информационно-коммуникационных технологий в процессе заключения и исполнения договоров. Все это, безусловно, открывает путь к формированию нового этапа развития системы договорно-правового регулирования в условиях цифровой гражданско-правовой среды.
В соответствии с Концепцией по совершенствованию гражданского законодательства Республики Узбекистан, утвержденной распоряжением Президента от 5 апреля 2019 г. N Р-5464 <3>, предусмотрен комплекс мер, направленных на модернизацию обязательственного права. В частности, планируются уточнение и систематизация оснований возникновения обязательств, обновление норм, регулирующих переход прав и обязанностей между сторонами обязательства; совершенствование правового института сделок, включая пересмотр требований о государственной регистрации и нотариальном удостоверении, а также более четкое определение условий и оснований признания сделок недействительными. Кроме того, документ ориентирован на внедрение современных механизмов договорного регулирования, оптимизацию видов договоров, развитие института предварительных соглашений, расширение принципа свободы договора, обеспечение устойчивости договорных отношений и правовое регулирование применения информационно-коммуникационных технологий в сфере договорных связей.
--------------------------------
<3> URL: https://lex.uz/ru/docs/4272619 (дата обращения: 06.03.2025).

В связи с этим совершенствование договорных отношений в сфере возмездного оказания услуг в проекте ГК РУ имеет важное значение. В отличие от действующей гл. 38 ГК РУ, в проекте отдельная статья посвящена особенности договоров по оказанию услуг по предоставлению информации. В соглашении (договоре об оказании информационных услуг), по которому исполнитель принимает на себя обязательство предоставить заказчику определенную информацию, стороны могут предусмотреть условие о неразглашении сведений третьим лицам в течение установленного срока, а также обязанность воздерживаться от определенных действий (ст. 777 проекта ГК РУ). Представляется целесообразным направить усилия ученых-цивилистов на разработку единой концептуальной части, применимой ко всем видам обязательств по оказанию услуг, которые уже получили устойчивое нормативное оформление в гражданском законодательстве и объединены общим признаком "возмездное оказание услуг" в соответствии с положениями гл. 39 ГК РУ.
Разграничение правового регулирования должно опираться на объективные пределы, особенно с учетом трансформации парадигмы нормативно-правового и договорного регулирования отношений в условиях цифровой среды. В этом аспекте особое внимание заслуживает Гражданский кодекс Королевства Нидерландов <4>. Так, в гл. 1 разд. 7 данного Кодекса закреплены общие положения, регулирующие отношения по оказанию услуг. Раздел 7 носит название "Оказание услуг без служебного подчинения" и включает несколько специализированных видов обязательств, таких как "поручение", "посреднический договор" и "договор коммерческого представительства". Раздел 7a посвящен регулированию договора об организации туристической поездки. Следует отметить интересный прием законодательной техники, примененный нидерландским законодателем, - резервирование статей. В частности, ст. 610 - 849 оставлены в резерве, что, исходя из логики структуры Кодекса, предполагает их последующее использование для регулирования договоров об оказании услуг, что представляется вполне обоснованным решением <5>.
--------------------------------
<4> Гражданский кодекс Нидерландов. Книга 7 / Пер. М. Ферштман; Отв. ред. Ф.Й.М. Фельдбрюгге. 2-е изд. Лейден: Институт восточно-европейского права и россиеведения, 2000. 371 с.
<5> Там же.

Возникает потребность нормативного закрепления специфики оказания услуг по предоставлению информации, включая электронные сведения, в Гражданском кодексе. В соглашении (договоре об оказании услуг по предоставлению информации), предусматривающем обязанность исполнителя передать заказчику определенные сведения, может быть установлено обязательство одной или обеих сторон воздерживаться от действий, которые могут привести к разглашению информации третьим лицам в течение установленного срока. Подобный подход уже реализован в зарубежной практике, например в ст. 783.1 Гражданского кодекса Российской Федерации <6> (далее - ГК РФ), где прямо закреплены особенности договора об оказании услуг по предоставлению информации и возможность включения условия о неразглашении сведений на определенный период времени. Данный подход согласуется с положениями Концепции развития гражданского законодательства Республики Узбекистан, утвержденной распоряжением Президента Республики Узбекистан от 5 апреля 2019 г. N Р-5464, в которой предусмотрены меры, направленные на эффективное регулирование применения информационно-коммуникационных технологий в сфере договорных отношений <7>.
--------------------------------
<6> Гражданский кодекс Российской Федерации (часть 2) от 26 января 1996 г. N 14-ФЗ // СПС "КонсультантПлюс".
<7> В связи с этим в проекте ГК необходимо специально предусмотреть порядок заключения электронного договора. В частности, норма, содержащая требования к письменной форме договора, с учетом современного уровня техники изложена в следующей редакции: "Договор в письменной форме может быть заключен путем составления одного документа, подписанного сторонами, а также путем обмена письмами, телеграммами, телексами, телефаксами и иными документами, в том числе электронными документами, передаваемыми по каналам связи, позволяющими достоверно установить, что документ исходит от стороны по договору. Электронным документом, передаваемым по каналам связи, признается информация, подготовленная, отправленная, полученная или хранимая с помощью электронных, магнитных, оптических либо аналогичных средств, включая обмен информацией в электронной форме и электронную почту". Статья 469 ГК Китая предусматривает, что стороны могут заключить договор в письменной, устной или иной форме. Письменная форма относится к любой форме, которая делает содержание, содержащееся в нем, пригодным для представления в материальной форме, такой как письменное соглашение, письмо, телеграмма, телекс или факс. Сообщение данных в любой форме, например обмен электронными данными и электронными почтами, которое делает содержание, содержащееся в нем, пригодным для представления в материальной форме и доступным для ссылки и использования в любое время, считается письменным.

В условиях активной цифровизации гражданского оборота возникает объективная потребность в нормативном закреплении и включении в ГК РУ понятия "возмездное оказание цифровых услуг". Под данным видом услуг следует понимать деятельность, направленную на создание, обработку или хранение данных на цифровых платформах, обеспечивающих пользователям возможность обмена цифровой информацией и взаимодействия с данными, загружаемыми либо предоставляемыми другими участниками. Следует подчеркнуть, что ключевым технологическим критерием возмездного оказания таких услуг является использование цифровых технологий. Оказание цифровых услуг реализуется в рамках цифровой платформы, при этом результаты такой деятельности преимущественно направлены на достижение эффекта, проявляющегося в самой цифровой среде. Данный процесс представляет собой совокупность целенаправленных действий, ориентированных на достижение конкретного результата, формируемого посредством цифровых технологий и являющегося основной нематериальной ценностью услуги. Итог предоставления цифровой услуги не имеет вещественного характера. Следует подчеркнуть научную позицию о том, что оказание услуг с применением цифровых технологий обладает особой гражданско-правовой природой. В данном процессе участвуют государственные структуры, цифровые пользователи, а также иные субъекты информационного рынка. Вместе с тем в действующем ГК РУ отсутствует понятие "возмездное оказание цифровой услуги", возникающее в связи с применением цифровых технологий.
В Гражданском кодексе целесообразно нормативно закрепить особенности правовой сущности пользовательских соглашений, регулирующих оказание услуг с применением цифровых технологий <8>. В настоящее время наблюдается существенная трансформация гражданско-правовых отношений, вытекающих из договоров возмездного оказания услуг. В условиях цифровой эпохи предоставление услуг приобретает глобальный характер, что обусловлено активным использованием сети Интернет и современных цифровых инструментов.
--------------------------------
<8> Доля услуг информационно-коммуникационных технологий в ВВП Республики Узбекистан в 2023 г. составила 2%. URL: https://kun.uz/ru/news/2023/05/15/dolya-uslug-informatsionno-kommunikatsionnyx-texnologiy-v-vvp-strany-ne-izmenilas.

Исходя из опыта ГК РФ предлагается дополнить ГК РУ ст. 703.2 следующего содержания:
"Статья 703.2. Пользовательское соглашение оказания услуг с использованием цифровых технологий
Пользовательское соглашение о предоставлении услуг с применением цифровых технологий представляет собой договор, оформленный в информационной системе в соответствии с установленными ею правилами и касающийся определенного объекта - его эксплуатации либо использования его ресурсов в рамках данной системы. Такое соглашение заключается в электронной форме, определяемой исполнителем (продавцом), а при отсутствии специально установленной формы - в письменном виде или по взаимной договоренности сторон (заказчика и исполнителя)" <9>. Подобное регулирование предусмотрено, в частности, ст. 783.2 Гражданского кодекса Российской Федерации.
--------------------------------
<9> Гасанов А.Я. Гражданско-правовое регулирование оказания услуг с использованием цифровых технологий: Дис. ... канд. юрид. наук. М., 2022. URL: https://dis.rgiis.ru/files/dis/d60200101/gasanov.a/dissertaciya_gasanov_a.pdf (дата обращения: 06.03.2026).

Пользовательское соглашение о предоставлении услуг с применением цифровых технологий должно включать положения, позволяющие определить предмет договора, его содержание, а также права и обязанности участников. При этом возникает задача системной адаптации традиционных гражданско-правовых институтов к современным цифровым реалиям. Встает вопрос: возможно ли квалифицировать экономические отношения, формирующиеся на цифровых платформах, как договор возмездного оказания услуг? К таким отношениям можно отнести, например, предоставление доступа к цифровой инфраструктуре, использование облачных технологий или получение доступа к цифровому контенту. Для ответа на данный вопрос необходимо проанализировать трансформацию ключевых элементов правоотношений по оказанию услуг в условиях цифровизации. В современном обществе значительная часть услуг приобретает цифровой характер, поскольку их реализация невозможна без применения информационно-коммуникационных технологий. Это обусловлено изменением самой сущности услуг как объекта гражданско-правового регулирования. Традиционно оказание услуг предполагает совершение исполнителем активных действий, результатом которых является полезный эффект нематериального характера, потребляемый заказчиком в процессе выполнения. При этом услуги обладают индивидуальностью, так как тесно связаны с личностью исполнителя, а оценка их качества зачастую представляет определенную сложность <10>.
--------------------------------
<10> Ворникова Е.Д. Трансформация договора возмездного оказания услуг в цифровой экономике // Право и бизнес. 2023. N 4.

Важно подчеркнуть, что смарт-контракт представляет собой новый правовой институт, основанный на применении цифровых технологий и ранее не встречавшийся ни в зарубежной, ни в национальной (узбекской) правовой системе. В научной литературе существует множество подходов к определению и правовой сущности смарт-контракта. Аналогичные дискуссии наблюдаются и в государствах, где положения о смарт-контрактах уже нашли отражение в национальном законодательстве (например, в США, Италии, Беларуси). Так, в соответствии со ст. 5, 44 - 7061 гл. 26 разд. 44 Свода статутов штата Луизиана (США) смарт-контракт трактуется как программный алгоритм, управляемый событиями, функционирующий на основе распределенного, децентрализованного и воспроизводимого реестра, обеспечивающий хранение активов и осуществление операций с ними посредством указанного реестра.
7 февраля 2019 г. Палата депутатов Итальянской Республики утвердила Закон, регулирующий использование технологии распределенного реестра. В соответствии с данным нормативным актом смарт-контракт определяется как программное обеспечение, функционирующее на основе технологии блокчейн и обеспечивающее автоматическое исполнение договорных обязательств при наступлении заранее установленных условий. Эти условия формулируются и согласовываются двумя или более участниками договорного процесса. Основной задачей правового регулирования смарт-контрактов является обеспечение юридической значимости сделок, совершаемых с использованием технологии блокчейн, без необходимости участия нотариальных органов или централизованных структур сертификации. В соответствии с п. 9 приложения N 1 к Декрету Республики Беларусь от 21 декабря 2017 г. N 8 "О развитии цифровой экономики" <11> смарт-контракт определяется как программный алгоритм, функционирующий в системе распределенного реестра (блокчейне) либо иной децентрализованной информационной среде, предназначенный для автоматического заключения и (или) исполнения сделок, а также совершения других юридически значимых действий.
--------------------------------
<11> URL: https://nalog.gov.by/upload/iblock/99d/h3meh50m4ikl2czxkn5xkomo6d1e3zi7.pdf (дата обращения: 13.04.2026).

Разнообразие существующих подходов к определению и правовой сущности смарт-контракта, а также к способам его регулирования указывает на отсутствие единой и последовательной правовой доктрины, способной гармонично объединить технические и юридические аспекты данного феномена. К основным юридическим характеристикам смарт-контракта как особой формы договорной конструкции относятся его исключительно электронная форма, невозможность заключения вне технологии блокчейн, а также неизменяемость и необратимость, обеспечивающие гарантированное исполнение обязательств, предусмотренных соглашением сторон. Отдельные технические характеристики смарт-контракта как программного продукта формируют дополнительные риски для пользователей, не обладающих достаточными знаниями о принципах его функционирования. Для снижения указанных рисков требуется внедрение дополнительных механизмов правовой защиты, которые целесообразно закрепить на законодательном уровне. В этой связи представляется обоснованным установить определенные ограничения на использование смарт-контрактов в социально чувствительных сферах, где существует высокая вероятность нарушения обязательств, особенно в отношении уязвимых категорий граждан.
Исходя из вышеизложенного смарт-контракт можно определить как специфическую форму электронного гражданско-правового соглашения любого вида, которая: 1) реализуется в формате программного кода; 2) содержит все существенные условия, зафиксированные посредством алгоритмов и команд компьютерной программы; 3) заключается, исполняется и прекращается в среде блокчейн или другой распределенной реестровой системе; 4) обеспечивает автоматическое исполнение обязательств при наступлении заранее определенных юридически значимых обстоятельств, о которых сообщает оракул - специальная программа, база данных или независимое третье лицо.
Согласно ст. 366 ГК РУ соглашение между сторонами может быть заключено в любой форме, установленной для совершения гражданско-правовых сделок, если только законом не предусмотрена обязательная форма для договоров данного типа. В случаях, когда договор подлежит нотариальному удостоверению или государственной регистрации, он приобретает юридическую силу с момента совершения соответствующих процедур. Если же требуются и нотариальное удостоверение, и регистрация, договор считается заключенным после завершения регистрации.
Кроме того, когда стороны самостоятельно устанавливают необходимость заключения договора в определенной форме, такое соглашение признается состоявшимся лишь после соблюдения указанного формального требования, даже если законодательство не предусматривает обязательность такой формы для данного вида договора.
Следует подчеркнуть, что данная норма направлена на обеспечение юридической определенности и защиты интересов участников гражданского оборота, особенно в условиях цифровизации и развития электронных сделок. В современных реалиях особую значимость приобретает вопрос фиксации формы договора при его заключении в электронной среде, включая использование электронных подписей, смарт-контрактов и цифровых платформ, что требует адаптации действующих правовых норм к новым технологическим условиям.
Соглашение, заключаемое в письменной форме, может оформляться путем составления единого документа, подписанного всеми участниками, либо посредством обмена документами через почтовую, телеграфную, телефонную, электронную или иную систему связи, которая позволяет достоверно подтвердить, что сообщение исходит от стороны договора.
Письменная форма договора признается соблюденной также в случае, если письменное предложение о его заключении (оферта) принято в порядке, установленном частью четвертой ст. 370 Гражданского кодекса.
Таким образом, законодатель допускает использование различных технических средств коммуникации при оформлении договорных отношений, что особенно актуально в условиях активного развития цифровых технологий и электронного документооборота.
С учетом данного подхода смарт-контракт целесообразно рассматривать как одну из форм гражданско-правового договора, в частности как электронную разновидность письменной формы сделки, признанную законодателем допустимой альтернативой традиционным способам заключения договоров.
Аналогичное положение закреплено в п. 2 ст. 434 ГК РФ, где указано, что договор, заключаемый в письменной форме, может быть оформлен как посредством составления единого документа, подписанного обеими сторонами, так и путем обмена письмами, телеграммами, факсами, телексовыми сообщениями или иными документами, включая электронные, если способ передачи обеспечивает достоверное подтверждение их происхождения от соответствующей стороны договора <12>. Такой подход демонстрирует признание цифровых способов коммуникации как равнозначных традиционным письменным формам, что особенно актуально для правового регулирования смарт-контрактов.
--------------------------------
<12> Ефимова Л.Г., Михеева И.В., Чуб Д.В. Сравнительный анализ доктринальных концепций правового регулирования смарт-контрактов в России и в зарубежных странах // Право. Журнал Высшей школы экономики. 2020. N 4. С. 78 - 105.

В данном цивилистическом контексте вводится статья, которая предусматривает, что заключение договоров должно осуществляться с использованием современных средств информации. Исходя из этого аргумента проект ГК РУ дополнен ст. 453 "Смарт-контракт". Смарт-контракт - это контракт, в котором хотя бы одна из сторон не является человеком, построение и реализация которого полностью автоматизированы, основаны на заранее созданном программном обеспечении и алгоритмах, оцениваемых с помощью искусственного интеллекта. Также действие авторских прав достаточно для того, чтобы автор считался достигшим своих целей, и создаваемое авторское право наряду с договорными отношениями с его создателем представляет собой электронный договор.
Таким образом, можно сделать вывод о том, что эффективное и разумное правовое регулирование обязательственно-правовых отношений, в соответствии с требованиями Концепции развития гражданского законодательства Республики Узбекистан, даст мощный импульс для повышения договорно-правового регулирования с учетом объективной мировой тенденции развития цифрового гражданского оборота.

Литература

1. Ворникова Е.Д. Трансформация договора возмездного оказания услуг в цифровой экономике / Е.Д. Ворникова // Право и бизнес. 2023. N 4. С. 16 - 18.
2. Гасанов А.Я. Гражданско-правовое регулирование оказания услуг с использованием цифровых технологий: Диссертация кандидата юридических наук / А.Я. Гасанов. Москва, 2022. 153 с.
3. Ефимова Л.Г. Сравнительный анализ доктринальных концепций правового регулирования смарт-контрактов в России и в зарубежных странах / Л.Г. Ефимова, И.В. Михеева, Д.В. Чуб // Право. Журнал Высшей школы экономики. 2020. N 4. С. 78 - 105.

Наша компания оказывает помощь по написанию курсовых и дипломных работ, а также магистерских диссертаций по предмету Гражданское право, предлагаем вам воспользоваться нашими услугами. На все работы дается гарантия.

ИА ГАРАНТ