ЮРИСПРУДЕНЦИЯ: МАГИСТЕРСКИЕ, ДИПЛОМНЫЕ, КУРСОВЫЕ
Консультационные услуги студентам
Консультационные услуги студентам
Наша компания оказывает помощь по написанию статей по предмету Теория государства и права. Используем только актуальное законодательство, проекты федеральных законов, новейшую научную литературу и судебную практику. Предлагаем вам воспользоваться нашими услугами. На все выполняемые работы даются гарантии
Вернуться к списку статей по юриспруденции
НОВЫЕ МАРШРУТЫ ПРАВА: ИИ, РОБОЭТИКА, ТРАДИЦИОННЫЕ ЦЕННОСТИ
М.С. ПЕРМИЛОВСКИЙ
"Мир менялся" - каждый раз при прочтении этой фразы из детской книги <1> ребенку перед сном она воспринимается скорее художественно, чем онтологически. Если же следовать гераклитовскому принципу движения (изменчивости) всего <2>, на нее можно взглянуть по-чеховски: "Человечество идет вперед, совершенствуя свои силы" <3>. И, действительно, уже сейчас развитие и распространение инноваций со сложной взаимной интеграцией технологий свидетельствуют, по словам К. Шваба, о глобальных переменах в рамках четвертой промышленной революции, имеющей не линейный, а экспоненциальный рост <4>. В числе итогов четвертой промышленной революции - беспилотные системы, 3D-печать, искусственный интеллект (далее - ИИ) и др. <5>
--------------------------------
<1> Роулинсон Дж., Бик Т. Лисенок Лютер и листопад. М.: Самокат, 2021. С. 1.
<2> Платон. Собрание сочинений. В 4 т. Т. 1. М.: Академия наук СССР, Институт философии; Мысль, 1990. С. 636.
<3> Чехов А.П. Вишневый сад // Собрание сочинений. В 12 т. Т. 9. Пьесы 1886 - 1904. М.: Государственное издательство художественной литературы, 1956. С. 433.
<4> Шваб К. Четвертая промышленная революция. М.: Эксмо, 2016. С. 8 - 9, 13.
<5> План мероприятий ("дорожная карта") Национальной технологической инициативы "Автонет" (приложение N 2 к протоколу заседания президиума Совета при Президенте РФ по модернизации экономики и инновационному развитию России от 24.04.2018 N 1) // СПС "КонсультантПлюс".
Помимо присущей каждой промышленной революции утилитарной пользы, отмечаются риски технологической эволюции ИИ, деятельность которого создаст повышенную вероятность причинения вреда из-за невозможности полного контроля за ней со стороны человека (публично об этом высказывались С. Возняк, Э. Макафи, И. Маск, Б. Мэй, С. Хокинг и др.). Вопреки первому "закону Азимова" <6>, Н. Бостром не исключает вероятность причинения ИИ вреда, которая связывается с неопределенностью для ИИ понятий "человек", "вред", "справедливость". Примером причинения такого вреда, по его мнению, может служить сбой в программе ограничения биржевых торгов, контролирующей необычное ценообразование <7>. Одним из распространенных в административной практике примеров причинения ИИ психологического вреда (в квалификации суда) является его использование в деятельности (телефонном разговоре от имени кредитора или лица, действующего в интересах кредитора) по возврату просроченной задолженности <8>. В юридической науке описываются также случаи летального применения ИИ <9>.
--------------------------------
<6> Согласно первому основному закону роботехники, представленному А. Азимовым в рассказе "Хоровод" и в последующем осмысленному учеными, робот не может причинить вред человеку или своим бездействием допустить, чтобы человеку был причинен вред (см.: Азимов А. Я, робот. Научно-фантастические рассказы. М.: Знание, 1964. С. 33 - 53).
<7> Бостром Н. Искусственный интеллект. Этапы. Угрозы. Стратегии / Пер. с англ. С. Филина. М.: Манн, Иванов и Фербер, 2016. С. 36 - 37, 218 - 219.
<8> Постановление Первого арбитражного апелляционного суда от 23 декабря 2020 г. N 01АП-8187/2020 по делу N А79-9570/2020 // СПС "КонсультантПлюс"; решение Арбитражного суда Красноярского края от 4 июня 2020 г. по делу N А33-11697/2020.
<9> Федорук Е.О. Институт юридической ответственности в контексте развития технологий искусственного интеллекта: критический анализ: Дис. ... канд. юрид. наук. СПб., 2024. С. 129 - 137.
Представляется интересной попытка рассмотрения дальнейшей вероятности причинения ИИ вреда при помощи логической вероятности в байесовской интерпретации:
,
где P(H) - априорная вероятность гипотезы H (вероятность, что ИИ причинит вред); P(D) - вероятность наблюдения данных D независимо от гипотезы H; - вероятность наблюдения данных D при условии, что гипотеза H верна; - апостериорная вероятность гипотезы H после получения новых данных D.
В случае априорной вероятности причинения ИИ вреда (H) - 0,01; наличия в деятельности ИИ признаков причинения вреда (D); вероятности появления этих признаков при наличии рисков - 0,9 (); вероятности появления этих признаков в целом (независимо от рисков) - 0,1 (P(D)) логическая вероятность причинения ИИ вреда по формуле Байеса составляет:
.
Несмотря на свойственную математическим расчетам абстрактность, приведенная формула подтверждает, что с каждым новым случаем причинения ИИ вреда вероятность рискового для человека характера ИИ будет значительно увеличиваться. В данном контексте Конституционным Судом РФ подчеркнута необходимость создания надежной правовой защиты человека от детерминированных ИИ рисков <10>.
--------------------------------
<10> Конституционно-правовая защита человеческого достоинства: актуальные аспекты: информация Конституционного Суда РФ (одобрено решением Конституционного Суда РФ от 30.10.2025) // СПС "КонсультантПлюс".
На фоне этого научно-теоретическим сообществом предлагаются идеи урегулирования отношений по вопросам ИИ: конституционное закрепление прав человека в сфере взаимодействия с ИИ <11>; законодательное определение схемы участия ИИ в государственном управлении <12>; гражданско-правовое признание ИИ как источника повышенной опасности <13>; трудовое разграничение сфер применения ИИ и взаимодействия с ним работников и работодателей <14>; эколого-правовое профилирование ИИ для обработки экологической информации, а также результатов контрольных (надзорных) мероприятий <15>; процессуальное использование ИИ при осуществлении правосудия <16>.
--------------------------------
<11> Филипова И.А. Искусственный интеллект и нейротехнологии: потребности в конституционно-правовом регулировании // Lex russica (Русский закон). 2021. Т. 74. N 9. С. 127 - 128.
<12> Алексеева М.В. Цифровая трансформация государственного управления на основе искусственного интеллекта // Административное право и процесс. 2025. N 12. С. 19.
<13> Гульбин Ю.Т., Наибханова Р.И. Правовое регулирование искусственного интеллекта в Российской Федерации // Современное право. 2025. N 9. С. 65.
<14> Еремина С.Н. Искусственный интеллект в трудовых отношениях: инновации и права работников // Трудовое право в России и за рубежом. 2025. N 4. С. 22.
<15> Жаворонкова Н.Г., Воронина Н.П. Цифровизация экологического права и возможности использования искусственного интеллекта // Актуальные проблемы российского права. 2025. N 8. С. 162 - 164.
<16> Волков К.А., Певцова И.Е., Тулиглович М.А. Искусственный интеллект в правосудии: на пересечении права и технологий // Российский судья. 2025. N 9. С. 61.
Несмотря на них, фактическое юстирование использования ИИ в настоящее время осуществляется несколькими обособленными способами:
1) законодательно - в рамках установления и реализации экспериментальных правовых режимов в сфере цифровых и технологических инноваций (включая контроль за применением ИИ в сфере интеллектуальной деятельности, механизм рассмотрения случаев причинения ИИ вреда) <17>, а также разработки и внедрения технологий ИИ в городе федерального значения Москве (в целях развития здесь, а затем и в других регионах компьютерного зрения, обработки естественного языка, искусственной речи, управленческой эксплуатации ИИ) <18>;
2) стратегически - в рамках целеполагания обеспечения, в том числе на основе этических стандартов взаимодействия с ИИ, благосостояния населения, безопасности и правопорядка, конкурентоспособности экономики, а именно развитие инфраструктуры ИИ, поддержка научных исследований и разработчиков ИИ, внедрение ИИ в экономику и социум (например, в качестве показателей достижения такого целеполагания указаны: увеличение мощности суперкомпьютеров на базе ИИ; прирост валового внутреннего продукта за счет использования ИИ; обеспечение готовности приоритетных отраслей экономики к внедрению ИИ; стимулирование принятия решений в сфере ИИ с учетом этических требований) <19>;
3) организационно - в рамках создания Центра развития ИИ при Правительстве РФ, обеспечивающего аналитическое и иное сопровождение реализации задач в сфере развития ИИ <20>;
4) аналитически - в рамках определения перспектив развития технологий машиночитаемого права - изложения правовых норм на языке программирования и их применения через информационные системы, в том числе с использованием ИИ <21>;
5) этически - в рамках создания этического стандарта, рекомендованного акторам ИИ и основанного на человеко-ориентированном подходе (в основе которого - конституционный принцип высшей ценности человека, его прав и свобод), что предполагает непричинение вреда от любой деятельности ИИ <22>.
--------------------------------
<17> Федеральный закон от 31 июля 2020 г. N 258-ФЗ "Об экспериментальных правовых режимах в сфере цифровых и технологических инноваций в Российской Федерации" // СЗ РФ. 2020. N 31. Ст. 5017.
<18> Федеральный закон от 24 апреля 2020 г. N 123-ФЗ "О проведении эксперимента по установлению специального регулирования в целях создания необходимых условий для разработки и внедрения технологий искусственного интеллекта в субъекте Российской Федерации - городе федерального значения Москве, об особенностях обработки персональных данных при формировании региональных составов данных и предоставления доступа к региональным составам данных и внесении изменений в статьи 6 и 10 Федерального закона "О персональных данных" // СЗ РФ. 2020. N 17. Ст. 2701.
<19> Указ Президента РФ от 10 октября 2019 г. N 490 "О развитии искусственного интеллекта в Российской Федерации" // СЗ РФ. 2019. N 41. Ст. 5700.
<20> Постановление Правительства РФ от 9 июня 2025 г. N 861 "О Центре развития искусственного интеллекта при Правительстве Российской Федерации" // СЗ РФ. 2025. N 24. Ст. 3181.
<21> Протокол Правительственной комиссии по цифровому развитию, использованию информационных технологий для улучшения качества жизни и условий ведения предпринимательской деятельности от 15 сентября 2021 г. N 31 "Концепция развития технологий машиночитаемого права" // СПС "КонсультантПлюс".
<22> Кодекс этики в сфере искусственного интеллекта: ассоциация "Альянс в сфере искусственного интеллекта" // СПС "КонсультантПлюс".
Следует подтвердить вывод Т.Я. Хабриевой о фрагментарном формировании официальных и научных правовых представлений об ИИ и только лишь начальном этапе становления соответствующего регулирования <23>. Оно ориентировано скорее на саморегулирование этических правил создания и применения ИИ, чем на прямое установление правовых запретов, ограничений и обязанностей в этой сфере <24>.
--------------------------------
<23> Хабриева Т.Я. Право в реалиях технологической революции: Монография. М.: Норма; ИНФРА-М, 2025. С. 56.
<24> Право как созидатель новой социальной реальности: Монография / Отв. ред. Ю.А. Тихомиров. М.: Проспект, 2024. С. 95.
Этико-правовой (аксиологический) способ урегулирования сферы ИИ представляется особенным, так как, во-первых, он должен создавать внутренний этический императив у акторов ИИ и, во-вторых, при должном развитии (комплексно при помощи совокупности социальных норм) способен стать нормативной точкой отсчета для робоэтики.
Как обращает внимание Ю. Тогелиус, современный ИИ в состоянии генерировать качественную текстовую, голосовую, визуальную и иную дезинформацию. Это может провоцировать необъективную реакцию или взгляды в отношении событий и (или) действий и, как следствие, способствовать деструктивности в обществе и государстве. По его мнению, действенный контроль в сфере ИИ может быть обеспечен робоэтикой открытости любых действий акторов по отношению к ИИ и проверяемости источников деятельности самого ИИ, в том числе при помощи внедрения диагностического ИИ <25>.
--------------------------------
<25> Тогелиус Ю. Общий искусственный интеллект / Пер. с англ. под науч. ред. А. Смирнова. М.: Издательство Института Гайдара, 2025. С. 179 - 182, 192 - 194.
Сейчас робоэтика представляет собой лишь набор мнений о том, каким должно быть поведение ИИ в отношении человека и наоборот и что для этого требуется. Так, предлагается: обязательное включение в систему ИИ совокупности материалов об этике и о праве <26>; предъявление этических требований к акторам ИИ, а не к самому ИИ, поскольку он не может иметь живых эмоций и свободы воли <27>; критически изучать ИИ без преувеличения робоэтики, поскольку она уступает теологической этике (с выражением милосердия, справедливости, дружбы) <28>; превентивная разработка робоэтики на основе понимания технологии ИИ, а не домыслов, связанных с ним <29>.
--------------------------------
<26> Рамазанова К.К. Правовые и морально-этические нормы как основа создания и использования искусственного интеллекта: комплексный подход // Актуальные проблемы современного права. 2020. N 4 (44). С. 109.
<27> Беносси Л., Бернекер С. Кантианский взгляд на робоэтику / Пер. А.С. Зайковой // Философия науки. 2024. N 5 (104). С. 67, 75 - 76, 86.
<28> Катунина Н.С., Доценко А.А. Этика и правовые ограничения действий искусственного интеллекта в современном мире и будущем: православный взгляд // Томский богословский вестник. Теология. Право. Экономика. 2023. N 3 (5). С. 16, 18.
<29> Гайворонская Я.В., Мирошниченко О.И., Мамычев А.Ю. Нескромное обаяние цифровизации // Правовая парадигма. 2019. Т. 18. N 4. С. 43, 45.
Опять же уместен вывод, аналогичный указанному выводу Т.Я. Хабриевой о степени изученности и урегулирования ИИ: правовое регулирование робоэтики имеет рамочный характер стратегического планирования и является, по сути, рекомендацией к акторам ИИ. Ее научное исследование осуществляется междисциплинарно, но преимущественно в философии. Представляется необходимым законодательное закрепление обязательности соблюдения Кодекса этики в сфере ИИ, как это уже предусмотрено в иных сферах (адвокатура, нотариат, аудиторская и оценочная деятельность, счетная палата, общественная палата и др.).
Отсутствие правовой определенности в статусе ИИ и значении робоэтики приводит к динамике ценностей, когда ИИ влияет на социальные взаимоотношения, восприятия, интерпретации (например, безразличие к эгоизму, вседозволенности, безнравственности, патриотизму, семье, детям, труду) <30>. Переоценка социальных взаимосвязей может угрожать общепринятым идеям и ценностям. Думается, отчасти поэтому считавшиеся областью личного и религиозно-нравственного милосердия гуманизм, взаимопомощь и взаимоуважение, приоритет духовного над материальным, высокие нравственные ориентиры, историческая память оформлены на сегодняшний день в нормативное целеполагание - традиционные ценности <31> и поэтапно имплементируются в право и практику, воздействующие на ментальные и поведенческие ориентиры.
--------------------------------
<30> Report of COMEST on robotics ethics. Paris. 2017. P. 47 - 48. URL: https://unesdoc.unesco.org/ark:/48223/pf0000253952 (date of access: 01.02.2026).
<31> Указ Президента РФ от 9 ноября 2022 г. N 809 "Основы государственной политики по сохранению и укреплению традиционных российских духовно-нравственных ценностей" // СЗ РФ. 2022. N 46. Ст. 7977.
Среди основных угроз и рисков для традиционных ценностей, на пресечение которых нацелено обновляющееся правовое регулирование, не зафиксированы риски деструктивности ИИ. Вместе с тем наряду с иной дестабилизирующей идеологией, антонимичной традиционным ценностям, ИИ, не отвечающий стандарту робоэтики и релевантный вероятности причинения вреда, может негативно воздействовать на устойчивость моральных принципов и публичного порядка. Вследствие этого для профилактики рисков ИИ на предмет искажения традиционных ценностей целесообразно включить технологию ИИ в нормативный перечень угроз и рисков для традиционных ценностей.
В заключение следует отметить, что правовое регулирование сферы ИИ, как и любого нового направления отношений, осуществляется не комплексно экспансивным, а экспериментально-шаговым методом ввиду неустойчивости самого ИИ. Это также обусловливает пока рекомендательный характер робоэтики. Ее развитие и обязательность следовало бы связать с политикой защиты традиционных ценностей, вероятность умаления которых ИИ сегодня сохраняется.
Завершить статью хотелось бы предостережением истории Гефеста, изготовившего говорящих механических прислуг, выполнявших самые трудные поручения, но сброшенного из-за них с неба и покалеченного.
Литература
1. Азимов А. Я, робот. Научно-фантастические рассказы / А. Азимов. Москва: Знание, 1964. 176 с.
2. Алексеева М.В. Цифровая трансформация государственного управления на основе искусственного интеллекта / М.В. Алексеева // Административное право и процесс. 2025. N 12. С. 16 - 19.
3. Беносси Л. Кантианский взгляд на робоэтику / Л. Беносси, С. Бернекер; Перевод А.С. Зайковой // Философия науки. 2024. N 5 (104). С. 63 - 88.
4. Бостром Н. Искусственный интеллект. Этапы. Угрозы. Стратегии / Н. Бостром; Перевод с английского С. Филина. Москва: Манн, Иванов и Фербер, 2016. 496 с.
5. Волков К.А. Искусственный интеллект в правосудии: на пересечении права и технологий / К.А. Волков, И.Е. Певцова, М.А. Тулиглович // Российский судья. 2025. N 9. С. 58 - 61.
6. Гайворонская Я.В. Нескромное обаяние цифровизации / Я.В. Гайворонская, О.И. Мирошниченко, А.Ю. Мамычев // Правовая парадигма. 2019. Т 18. N 4. С. 40 - 47.
7. Гульбин Ю.Т. Правовое регулирование искусственного интеллекта в Российской Федерации / Ю.Т. Гульбин, Р.И. Наибханова // Современное право. 2025. N 9. С. 61 - 66.
8. Еремина С.Н. Искусственный интеллект в трудовых отношениях: инновации и права работников / С.Н. Еремина // Трудовое право в России и за рубежом. 2025. N 4. С. 19 - 22.
9. Жаворонкова Н.Г. Цифровизация экологического права и возможности использования искусственного интеллекта / Н.Г. Жаворонкова, Н.П. Воронина // Актуальные проблемы российского права. 2025. N 8. С. 155 - 164.
10. Катунина Н.С. Этика и правовые ограничения действий искусственного интеллекта в современном мире и будущем: православный взгляд / Н.С. Катунина, А.А. Доценко // Томский богословский вестник. Теология. Право. Экономика. 2023. N 3 (5). С. 13 - 19.
11. Платон. Собрание сочинений. В 4 томах. Т. 1 / Платон. Москва: Академия наук СССР, Институт философии; Мысль, 1990. 860 с.
12. Право как созидатель новой социальной реальности: Монография / Ю.А. Тихомиров, Г.М. Азнагулова, Ж.А. Гаунова [и др.]; Ответственный редактор Ю.А. Тихомиров. Москва: Проспект, 2024. 304 с.
13. Рамазанова К.К. Правовые и морально-этические нормы как основа создания и использования искусственного интеллекта: комплексный подход / К.К. Рамазанова // Актуальные проблемы современного права. 2020. N 4 (44). С. 103 - 112.
14. Роулинсон Дж. Лисенок Лютер и листопад / Дж. Роулинсон, Т. Бик. Москва: Самокат, 2021. 32 с.
15. Тогелиус Ю. Общий искусственный интеллект / Ю. Тогелиус; Перевод с английского под научной редакцией А. Смирнова. Москва: Издательство Института Гайдара, 2025. 208 с.
16. Федорук Е.О. Институт юридической ответственности в контексте развития технологий искусственного интеллекта: критический анализ: Диссертация кандидата юридических наук / Е.О. Федорук. Санкт-Петербург, 2024. 233 с.
17. Филипова И.А. Искусственный интеллект и нейротехнологии: потребности в конституционно-правовом регулировании / И.А. Филипова // Lex russica (Русский закон). 2021. Т. 74. N 9. С. 119 - 130.
18. Хабриева Т.Я. Право в реалиях технологической революции: Монография / Т.Я. Хабриева. Москва: Норма; ИНФРА-М, 2025. 168 с.
19. Чехов А.П. Вишневый сад // Чехов А.П. Собрание сочинений. В 12 томах. Т 9. Пьесы 1886 - 1904 / А.П. Чехов; Примечание А.П. Скафтымова. Москва: Государственное издательство художественной литературы, 1956. 499 с.
20. Шваб К. Четвертая промышленная революция / К. Шваб. Москва: Эксмо, 2016. 208 с.
Наша компания оказывает помощь по написанию курсовых и дипломных работ, а также магистерских диссертаций по предмету Теория государства и права, предлагаем вам воспользоваться нашими услугами. На все работы дается гарантия.
Навигация по сайту:
Контакты:
"Горячие" документы: