Взаимоисключающие двойные статусы невластных участников в уголовном процессе. Статьи по предмету Уголовный процесс

Наша компания оказывает помощь по написанию статей по предмету Уголовный процесс. Используем только актуальное законодательство, проекты федеральных законов, новейшую научную литературу и судебную практику. Предлагаем вам воспользоваться нашими услугами. На все выполняемые работы даются гарантии

ЗАКАЗАТЬ

Вернуться к списку статей по юриспруденции

ВЗАИМОИСКЛЮЧАЮЩИЕ ДВОЙНЫЕ СТАТУСЫ НЕВЛАСТНЫХ УЧАСТНИКОВ В УГОЛОВНОМ ПРОЦЕССЕ

Е.Г. ВАСИЛЬЕВА

Введение

Традиционно вопросы двойных взаимоисключающих процессуальных статусов рассматривались лишь в рамках упрощенного производства по уголовным делам частного обвинения и не являлись предметом особого интереса ни со стороны практиков, ни среди научного сообщества.
Однако в последнее время внимание к данной проблематике актуализировалось в связи с принятием Конституционным Судом Российской Федерации (далее - КС РФ) Постановления от 25 мая 2023 г. N 26-П "По делу о проверке конституционности части четвертой статьи 150 Уголовного кодекса Российской Федерации и ряда положений статей 42, 45, 145, 146 и 222 Уголовно-процессуального кодекса РФ в связи с жалобой граждан М.В. Золотаревой и В.В. Фроловой" (далее - Постановление N 26-П) <1>.
--------------------------------
<1> СЗ РФ. 2023. N 23 (ч. II). Ст. 4272.

Как следует из обстоятельств дела, в 2020 году несовершеннолетняя Золотарева была осуждена по части 3 ст. 30, пункту "г" ч. 4 ст. 228.1 УК РФ <2> за совершение в составе группы лиц по предварительному сговору покушения на незаконный сбыт наркотических средств в крупном размере. В 2021 году был оправдан Борзаев, обвинявшийся в вовлечении Золотаревой в совершение указанного особо тяжкого преступления <3>. Золотарева и ее законный представитель обратились в КС РФ, указывая на нарушение своих прав в связи с отказом следователя в удовлетворении их ходатайства о признании Золотаревой потерпевшей в рамках производства по статье 150 УК РФ в отношении Борзаева. Заявительницы указывали, что тем самым Золотарева была лишена возможности полноценно участвовать в доказывании вовлечения ее в совершение преступления и причинения ей этим морального вреда.
--------------------------------
<2> Уголовный кодекс Российской Федерации // СЗ РФ. 1996. N 25. Ст. 2954 (далее - УК РФ).
<3> Дело N 1-190/2021 // Архив Преображенского районного суда г. Москвы.

Рассмотрев данную жалобу, КС РФ в Постановлении N 26-П согласился с доводами заявителей и указал, что действующее уголовно-процессуальное регулирование в его конституционно-правовом истолковании предполагает признание лица потерпевшим по возбужденному уголовному делу о его вовлечении в период несовершеннолетия в совершение преступления.
Несмотря на то что производство в отношении Золотаревой и Борзаева велось в различных уголовных делах, некоторые авторы расценили эту правовую позицию КС РФ не только как допускающую, но и фактически обязывающую органы предварительного расследования наделять лицо, которое, по их мнению, в несовершеннолетнем возрасте было вовлечено в совершение группового преступления, одновременно двумя процессуальными статусами - статусом обвиняемого по основному преступлению и статусом потерпевшего по статье 150 УК РФ в рамках одного производства по уголовному делу <4>. В частности, приводится пример, когда заместитель прокурора одного из субъектов Российской Федерации возвратил уголовное дело в отношении С. и несовершеннолетней Ш. следователю со ссылкой на указанное решение КС РФ в связи с непризнанием Ш. потерпевшей по делу по обвинению С. в вовлечении ее в совершение преступления. Впоследствии Ш. участвовала в данном деле и как обвиняемая, и как потерпевшая <5>.
--------------------------------
<4> См.: Багаутдинов Ф.Н. Участники уголовного судопроизводства с двойным статусом // Законность. 2025. N 2. С. 69. Следует отметить, что подобные идеи высказывались и ранее. Например, Н.С. Гамаюнов и А.Д. Прошляков выступали за соединение в одном производстве дел об обоюдной вине участников ДТП, о взаимном причинении вреда здоровью и др. См.: Гамаюнов Н.С., Прошляков А.Д. Уголовно-процессуальные аспекты института необходимой обороны. М., 2014. С. 67, 71.
<5> См.: Багаутдинов Ф.Н. Указ. соч. С. 69.

Но действительно ли подобная практика вытекает из правовой позиции КС РФ и соответствует ли она общим принципам формирования пределов производства по уголовным делам?

Проблемы, связанные с участием в уголовном процессе лиц, наделенных двойными взаимоисключающими статусами

Сам по себе институт двойных взаимоисключающих процессуальных статусов невластных участников, безусловно, не является чем-то новым для уголовного процесса, но исторически, как было отмечено выше, он всегда считался принадлежностью лишь производств по делам частного обвинения. Этот же подход был унаследован и при разработке новейшего уголовно-процессуального законодательства. Так, пункт 2 ч. 4 ст. 46 Модельного УПК для государств - участников Содружества Независимых Государств <6> не дозволяет соединять в одном производстве обвинения в отношении лиц, которым приписывается совершение преступлений относительно друг друга, кроме случаев, когда рассматривается дело об уголовном проступке, под которым согласно пункту 1 ст. 10 того же Кодекса подразумевается деяние, преследуемое в частном порядке. Институт встречных частных обвинений воспринят и уголовно-процессуальными законодательствами государств постсоветского пространства (ч. 3 ст. 321 УПК РФ <7>, ч. 8 ст. 408 УПК Республики Казахстан <8>, ч. 3 ст. 428 УПК Республики Беларусь <9>, ч. 3 ст. 356 УПК Республики Таджикистан <10> и др.).
--------------------------------
<6> Модельный уголовно-процессуальный кодекс для государств - участников Содружества Независимых Государств. Принят на 7-м пленарном заседании Межпарламентской Ассамблеи государств - участников Содружества Независимых Государств (Постановление от 17 февраля 1996 г. N 7-6) // Информационный бюллетень Межпарламентской Ассамблеи государств - участников СНГ (приложение). 1996. N 10.
<7> Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации // СЗ РФ. 2001. N 52 (ч. I). Ст. 4921.
<8> Уголовно-процессуальный кодекс Республики Казахстан от 4 июля 2014 г. N 231-V // https://pravo.by/document/?guid=3961&p0=HK9900295 (дата обращения: 10.10.2025).
<9> Уголовно-процессуальный кодекс Республики Беларусь от 16 июля 1999 г. N 295-З // https://pravo.by/document/?guid=3871&p0=HK9900295 (дата обращения: 10.10.2025).
<10> Уголовно-процессуальный кодекс Республики Таджикистан от 3 декабря 2009 г. // https://online.zakon.kz/Document/?doc_id=30594304 (дата обращения: 10.10.2025).

Имея значительную схожесть с гражданскими процедурами, производство по делам частного обвинения закономерно впитало в себя особенности, свойственные институту встречного иска, сформировавшегося и получившего свое правовое значение прежде всего как средство удовлетворения взаимных однородных требований, т.е. как "судебный зачет иска иском" <11>. Значение института рассмотрения двух взаимосвязанных исков в одном деле как средства взаимозачета предъявленных требований достаточно четко прослеживается и в современном гражданском праве, устанавливающем соответствующие условия принятия встречного иска (ст. 137, 138 ГПК РФ <12>, ст. 132 АПК РФ <13>).
--------------------------------
<11> См.: Адамович В.И. Встречный иск (к учению о зачете). СПб., 1899. С. I - VI, 43.
<12> Гражданский процессуальный кодекс Российской Федерации // СЗ РФ. 2002. N 46. Ст. 4532.
<13> Арбитражный процессуальный кодекс Российской Федерации // СЗ РФ. 2002. N 30. Ст. 3012.

Очевидно, что ни о каком "зачете требований" в том смысле, который вкладывают в эту конструкцию цивилистические процессы, в уголовных делах речи не идет, поскольку никакой взаимозачет в принципе несоотносим с мерами уголовно-правового характера. Вместе с тем приоритет удовлетворения частных интересов по делам частного обвинения способствовал объединению совместных требований частных обвинителей по данным делам, в которых основной целью являлось не столько привлечение виновного к уголовной ответственности, сколько "улаживание" возникшего конфликта.
С.И. Катькало и В.З. Лукашевич, в частности, приводили пример, когда в Василеостровском районном суде г. Ленинграда в одно производство было объединено семь дел частного обвинения со встречными жалобами, возникшими на почве ненормальных взаимоотношений между жильцами одной коммунальной квартиры <14>. Конечно, сложно назвать подобное производство "классическим" уголовным процессом - в подобных делах не так уж важно, кто из заявителей и какую конкретную процессуальную функцию осуществляет, главное для всех участников - чтобы суд правильно разобрался в деле. Именно миротворческая функция - основная причина объединенного процесса по делам частного обвинения. Не случайно в литературе отмечается, что рассмотрение встречных обвинений требует хорошего знания психологии конфликта, навыков управления таким процессом и поведением его конфликтующих участников <15>.
--------------------------------
<14> См.: Катькало С.И., Лукашевич В.З. Судопроизводство по делам частного обвинения. Л., 1972. С. 148.
<15> См.: Моржуева Я.В. Особенности организации деятельности мировых судей // Инновационная наука. 2016. N 3-2. С. 80.

Соответственно, отраслевая адаптация института встречного иска к делам частного обвинения с социальной точки зрения вполне оправданна, что, однако, не делает ее свободной от чисто уголовно-процессуальных проблем, которые возникают уже с момента наименования участников, когда одно и то же лицо именуется "потерпевший-подсудимый", "подсудимый, он же потерпевший", а то и вовсе обезличенно - "сторона по делу" <16>. Но дело, конечно, не в названии. Серьезные проблемы вызывают сами статусы, которыми наделяются такие участники, о чем свидетельствует значительный разброс в подходах к данному вопросу.
--------------------------------
<16> См.: Катькало С.И., Лукашевич В.З. Указ. соч. С. 151; Головачук О.С. Частное обвинение в уголовном процессе: дис. ... канд. юрид. наук. Екатеринбург, 2001. С. 124.

Так, одни авторы исходят из положений части 3 ст. 321 УПК РФ и высказывают позицию, согласно которой подобные участники должны обладать одновременно двумя статусами, пользуясь каждым из них в зависимости от конкретной процессуальной ситуации. К примеру, если такие лица допрашиваются по обстоятельствам, изложенным в их собственных заявлениях, допрос следует вести по правилам допроса потерпевшего, а если речь идет об обстоятельствах, изложенных во встречных заявлениях, - то по правилам допроса подсудимого, при этом суду необходимо следить, чтобы "потерпевшему" не задавались вопросы по обстоятельствам обвинения, которое выдвинуто против него во встречном заявлении, и наоборот <17>.
--------------------------------
<17> См.: Катькало С.И., Лукашевич В.З. Указ. соч. С. 151; Матвеева Д.М. Особенности возбуждения и разрешения уголовных дел частного обвинения // Судья. 2019. N 12. С. 62; Андреева О.И., Трубникова Т.В. Производство по уголовным делам, подсудным мировым судьям // Юридическая наука: история и современность. 2020. N 9. С. 144 - 145.

Другие авторы считают, что при двойственных антагонистических статусах подсудимый-потерпевший должен обладать одним более широким (включающим больше прав) статусом, т.е. статусом обвиняемого, исключающим предупреждение этого лица об ответственности за сообщение ложных сведений. Соответственно, если в отношении таких участников уже были вынесены постановления о признании их потерпевшими, то они должны быть отменены <18>.
--------------------------------
<18> См.: Блинников В.А. Уголовно-правовые и криминологические аспекты лжесвидетельства: дис. ... канд. юрид. наук. Ставрополь, 1998. С. 50; Титов П.М. Встречное заявление по уголовным делам частного обвинения: сущность, порядок подачи и разрешения // Вестник Санкт-Петербургского университета МВД России. 2019. N 4. С. 151; Гамаюнов Н.С., Прошляков А.Д. Указ. соч. С. 71 - 72.

Нельзя, однако, не заметить, что при таком подходе не будет действовать запрет, установленный статьей 307 УК РФ и направленный на пресечение лжесвидетельства при поддержании потерпевшим обвинения по делу.
С учетом этого предлагается и третий вариант - допрашивать всех подобных участников именно как потерпевших, т.е. под угрозой уголовной ответственности по статьям 307 - 308 УК РФ, что, по мысли авторов, формулирующих данный подход, обеспечит больше шансов на выяснение обстоятельств дела <19>.
--------------------------------
<19> См.: Белкин А.Р. Тонкости и недомолвки производства у мирового судьи // Мировой судья. 2020. N 8. С. 9.

На наш взгляд, ни одна из приведенных позиций не позволит урегулировать столкновение взаимоисключающих статусов оптимальным способом, поскольку весь смысл разграничения статусов как раз и заключается в их индивидуализации. Потерпевший должен давать правдивые показания, когда он обвиняет, подсудимый же вправе защищаться путем дачи любых показаний и отказа от них. Подобные правила - важнейшие гарантии справедливости судебного разбирательства.
Более того, вовлечение в уголовный процесс участников с двойными взаимоисключающими статусами порождает проблему реализации принципа презумпции невиновности, предполагающего специальное одностороннее бремя обвинительного доказывания применительно к фактическим обстоятельствам дела. Как совершенно справедливо констатируют А.А. Арямов и В.С. Пономаренко, применение положений статьи 14 УПК РФ об истолковании всех неразрешимых сомнений в пользу подсудимого в объединенном процессе способно довести ситуацию до абсурда - польза для одного подсудимого автоматически принесет вред другому <20>. Встречные однородные презумпции не могут действовать одновременно, они блокируют друг друга, поскольку такое положение противоречит самой сути юридической презумпции, предустанавливающей то или иное утверждение как не требующее доказывания: два противоположных тезиса не могут одновременно презюмироваться как истинные.
--------------------------------
<20> См.: Арямов А.А., Пономаренко В.С. Особенности правоприменительной практики по делам о клевете и оскорблении // Российское правосудие. 2010. N 12. С. 72.

Возникнет в объединенных процессах по делам частно-публичного и публичного обвинения и масса других вопросов. Кто и с какими материалами дела сможет знакомиться в ходе предварительного расследования? Какова при этом будет функция лица (адвоката), представляющего/защищающего потерпевшего/обвиняемого? Должно ли это лицо будет защищать и обвинять одновременно или потерпевший/обвиняемый будет вынужден обратиться к двум разным адвокатам? Каким образом будет совмещаться право адвоката как представителя потерпевшего отказаться от ведения дела с отсутствием у него же права отказаться от принятой на себя защиты? Какое обвинение будет озвучиваться в начале судебного следствия первым? Каков должен быть порядок представления и исследования доказательств? Каков порядок очередности выступления в прениях - сколько раз и в каком порядке должна выступать каждая из сторон: должна ли каждая сторона (подсудимый/потерпевший и его защитник/представитель) выступить с одной обвинительно-защитительной речью или прения сторон должны быть проведены дважды - отдельно по каждому обвинению? Кто будет выступать с последним (в буквальном смысле) словом? Можно ли признать последним словом (в правовом смысле) выступление потерпевшего-обвинителя, предшествующее выступлению с последним словом обвиняемого-потерпевшего? Какова в таком объединенном процессе роль прокурора? И так далее.
На наличие объективных сложностей в объединенном уголовном процессе по встречным жалобам обращалось внимание еще в советской литературе <21>. Практика такого объединения критиковалась профессором М.С. Строговичем <22>. Констатируется сохранение таких сложностей и в настоящее время <23>. Преодолеть их за достаточно долгий период существования объединенного процесса по делам частного обвинения не удалось. Но если по делам частного обвинения такие сложности признаются допустимыми в силу обозначенной выше специфики подобных дел, то по делам частно-публичного и публичного обвинения указанные проблемы уже вряд ли можно отнести к приемлемым "побочным издержкам". Правы, по нашему мнению, те авторы, которые полагают, что соединение в одном лице в рамках единого процесса полярных функций противоречит процессуальной логике и что наличие непересекающихся и взаимоисключающих элементов разных процессуальных статусов требует их четкой индивидуализации <24>.
--------------------------------
<21> См.: Грабовская Н.П., Солодкин И.И., Элькинд П.С. К вопросу о делах частного обвинения // Ученые записки ЛГУ. Серия юридических наук. 1956. Вып. 8. С. 182 - 183.
<22> См.: Строгович М.С. Курс советского уголовного процесса. М., 1958. С. 101.
<23> См.: Матвеева Д.М. Указ. соч. С. 63; Виноградов В.А. Распределение бремени доказывания при осуществлении судопроизводства по уголовным делам частного обвинения: белые пятна отечественного законодательства // Российская юстиция. 2020. N 3. С. 60.
<24> См.: Дробинин Д.В. Соединение и выделение уголовного дела как гарантия их всестороннего, полного и объективного исследования: дис. ... канд. юрид. наук. Самара, 1999. С. 85; Максимов О.А. Индивидуальный статус участника уголовного процесса как необходимое условие полноценной уголовно-процессуальной деятельности // Полицейская и следственная деятельность. 2018. N 2. С. 1 - 8 // https://nbpublish.com/library_read_article.php?id=26027 (дата обращения: 10.10.2025).

Не свидетельствует, на наш взгляд, об обратном и Постановление N 26-П, в котором вопреки приведенному выше толкованию не содержится суждений о необходимости участия лиц с двойными взаимоисключающими процессуальными статусами в едином производстве по уголовному делу. Более того, в Определении от 26 апреля 2016 г. N 726-О по жалобе гражданина Хурматуллина, который оспаривал положения части 3 ст. 321 УПК РФ как не позволяющие соединять дела частного и публичного обвинения, КС РФ обратил внимание на то, что институт "встречных обвинений" обусловлен прежде всего спецификой дел частного обвинения и примирительным характером судебной деятельности, отвечающей предназначению мировой юстиции <25>.
--------------------------------
<25> См.: Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 26 апреля 2016 г. N 726-О "Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Хурматуллина Фарида Мударисовича на нарушение его конституционных прав частью первой статьи 236 и частью третьей статьи 321 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации" // Документ опубликован не был. Источник - СПС "КонсультантПлюс".

Стоит отметить и то, что КС РФ уже обращался к проблеме двойных процессуальных статусов и применительно к "обвиняемым - свидетелям" и пришел к выводу, что по одному и тому же событию преступления, по факту которого возбуждено уголовное дело, лицо не может одновременно находиться в заинтересованном статусе подозреваемого и незаинтересованном статусе свидетеля <26>. Тем более, полагаем, недопустимо нахождение лица одновременно в двух противоположно заинтересованных, т.е. взаимоисключающих, статусах.
--------------------------------
<26> См.: Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 21 ноября 2017 г. N 30-П "По делу о проверке конституционности положений статей 38 и 125 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в связи с жалобой гражданина В.В. Ченского" // Вестник Конституционного Суда РФ. 2018. N 1.

Заключение

Как нам представляется, ни социальных, ни конституционно-правовых предпосылок для наделения невластных лиц по делам частно-публичного и публичного обвинения двойными взаимоисключающими процессуальными статусами не имеется. Разрешить указанные выше сложности простым изменением закона с установлением тех или иных правил, касающихся очередности выступлений стороны, количества прений и т.п., вряд ли удастся, поскольку они упираются вовсе не в "логистику" предварительного следствия и судебного разбирательства, а в сущностное содержание выкристаллизованных за длительное время определенных процессуальных правил. Как писали авторы великой Судебной реформы 1864 года, "едва ли можно найти какое-либо положение, которое требовало бы большей определенности, чем правила о средствах судебного состязания" <27>.
--------------------------------
<27> Судебные Уставы 20 ноября 1864 г. с изложением рассуждений, на коих они основаны. Ч. II. СПб., 1867. С. 233 - 234.

И в этом смысле рецепция "встречных обвинений" для дел частно-публичного и публичного обвинения вряд ли является хорошей идеей. Конечно, можно указывать на компактность судебной деятельности и удобство рассмотрения взаимосвязанных фактов в одном разбирательстве, но вряд ли они могут перевесить все те издержки, к которым приведет объединенный таким образом уголовный процесс. Соответственно, полагаем, что в ситуации, когда по делу частно-публичного или публичного обвинения возникает столкновение статусов обвиняемого и потерпевшего, уголовное дело по признакам преступления, предположительно совершенного в отношении лица, участвующего в данном деле в качестве обвиняемого, должно быть выделено в отдельное производство в целях наиболее полного обеспечения прав каждого из таких участников.
Сформулированные в настоящей статье аргументы, на наш взгляд, могут служить основанием для дальнейшего научного обсуждения обозначенного вопроса. Для формирования же правильной и единообразной судебной практики представляется востребованным официальное разъяснение по данному вопросу Верховного Суда РФ.

Библиографический список

1. Адамович В.И. Встречный иск (к учению о зачете). СПб.: Типо-лит. А. Лейферта, 1899. 290 с.
2. Андреева О.И., Трубникова Т.В. Производство по уголовным делам, подсудным мировым судьям // Юридическая наука: история и современность. 2020. N 9. С. 140 - 146.
3. Арямов А.А., Пономаренко В.С. Особенности правоприменительной практики по делам о клевете и оскорблении // Российское правосудие. 2010. N 12. С. 65 - 76.
4. Багаутдинов Ф.Н. Участники уголовного судопроизводства с двойным статусом // Законность. 2025. N 2. С. 67 - 69.
5. Белкин А.Р. Тонкости и недомолвки производства у мирового судьи // Мировой судья. 2020. N 8. С. 3 - 10.
6. Блинников В.А. Уголовно-правовые и криминологические аспекты лжесвидетельства: дис. ... канд. юрид. наук. Ставрополь, 1998. 161 с.
7. Виноградов В.А. Распределение бремени доказывания при осуществлении судопроизводства по уголовным делам частного обвинения: белые пятна отечественного законодательства // Российская юстиция. 2020. N 3. С. 59 - 60.
8. Гамаюнов Н.С., Прошляков А.Д. Уголовно-процессуальные аспекты института необходимой обороны. М.: Юрлитинформ, 2014. 152 с.
9. Головачук О.С. Частное обвинение в уголовном процессе: дис. ... канд. юрид. наук. Екатеринбург: Уральская государственная юридическая академия, 2001. 177 с.
10. Грабовская Н.П., Солодкин И.И., Элькинд П.С. К вопросу о делах частного обвинения // Ученые записки ЛГУ. Серия юридических наук. 1956. Вып. 8. С. 165 - 187.
11. Дробинин Д.В. Соединение и выделение уголовного дела как гарантия их всестороннего, полного и объективного исследования: дис. ... канд. юрид. наук. Самара: Самарский государственный университет, 1999. 221 с.
12. Катькало С.И., Лукашевич В.З. Судопроизводство по делам частного обвинения. Л.: Изд-во Ленингр. ун-та, 1972. 208 с.
13. Максимов О.А. Индивидуальный статус участника уголовного процесса, как необходимое условие полноценной уголовно-процессуальной деятельности // Полицейская и следственная деятельность. 2018. N 2. С. 1 - 8 // https://nbpublish.com/library_read_article.php?id=26027 (дата обращения: 10.10.2025).
14. Матвеева Д.М. Особенности возбуждения и разрешения уголовных дел частного обвинения // Судья. 2019. N 12. С. 58 - 63.
15. Моржуева Я.В. Особенности организации деятельности мировых судей // Инновационная наука. 2016. N 3-2. С. 79 - 81.
16. Строгович М.С. Курс советского уголовного процесса. М.: Изд-во Академии наук СССР, 1958. 704 с.
17. Судебные Уставы 20 ноября 1864 г. с изложением рассуждений, на коих они основаны. Ч. II. СПб.: Изд. Гос. канцелярии, 1867. С. 233 - 234.
18. Титов П.М. Встречное заявление по уголовным делам частного обвинения: сущность, порядок подачи и разрешения // Вестник Санкт-Петербургского университета МВД России. 2019. N 4. С. 46 - 152.

Наша компания оказывает помощь по написанию курсовых и дипломных работ, а также магистерских диссертаций по предмету Уголовный процесс, предлагаем вам воспользоваться нашими услугами. На все работы дается гарантия.

ИА ГАРАНТ