ЮРИСПРУДЕНЦИЯ: МАГИСТЕРСКИЕ, ДИПЛОМНЫЕ, КУРСОВЫЕ
Консультационные услуги студентам
Консультационные услуги студентам
Наша компания оказывает помощь по написанию статей по предмету Гражданское право. Используем только актуальное законодательство, проекты федеральных законов, новейшую научную литературу и судебную практику. Предлагаем вам воспользоваться нашими услугами. На все выполняемые работы даются гарантии
Вернуться к списку статей по юриспруденции
БАЛАНС ЧАСТНЫХ И ПУБЛИЧНЫХ ИНТЕРЕСОВ В КОНТРАКТНОЙ СИСТЕМЕ: ОТ ДОКТРИНЫ К ЦИФРОВОЙ ПРАКТИКЕ
М.В. ШМЕЛЕВА, И.К. МАКЛЕЦОВА
Введение. В современных условиях изменяющейся экономической ситуации, санкционного давления и сложностей, связанных с обеспечением государственных и муниципальных нужд, развитие контрактной системы в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд (далее - контрактная система) протекает под влиянием публично-правового регулирования. Государственное воздействие на складывающиеся в рассматриваемой сфере правоотношения обусловлено необходимостью принятия государственно-властных управленческих решений, направленных на обеспечение устойчивости контрактной системы и реализации социально значимых функций государства.
Вместе с тем контрактная система не может рассматриваться исключительно как инструмент реализации публичных интересов. Ее функционирование невозможно без участия субъектов частного права (участники закупок), осуществляющих предпринимательскую деятельность на свой риск и в целях извлечения прибыли. В ситуации, когда на первый план выходит обеспечение публичного интереса в поставке товаров, оказании услуг и выполнении работ для государственных и муниципальных нужд, существует риск нивелирования частного интереса участника закупки, что способно привести к снижению конкуренции и утрате доверия к системе государственных закупок в целом. В связи с этим актуальным является поиск баланса частных и публичных интересов в контрактной системе.
Понятие "баланс интересов". В научной литературе понятие баланса интересов относится к числу дискуссионных. Анализируя стремление юридической науки к балансу частных и публичных интересов, Б.М. Гонгало справедливо отмечает, что на самом деле такое сочетание лишь идеал, к которому следует стремиться, отдавая себе отчет в том, что оптимального сочетания (баланса) нет и вряд ли будет <1>.
--------------------------------
<1> См.: Гонгало Б.М. Идеи частного права: должное и сущее // Цивилистические записки: межвуз. сб. науч. тр. Вып. 3: К 80-летию С.С. Алексеева. М., 2004. С. 75.
По мнению А.Г. Малиновой, "понятие "баланс интересов" является не только метафорой, но и абстракцией" и пока преждевременно рассматривать баланс интересов как реально достижимое состояние правового регулирования <2>.
--------------------------------
<2> См.: Малинова А.Г. Баланс интересов и его "ипостаси" в правоведении // Российский юридический журнал. 2022. N 2. С. 33 - 34.
Согласимся с тем, что идея достижения баланса интересов в ее идеальном выражении неизбежно имеет абстрактный характер и включает элемент субъективной оценки, поскольку соотношение интересов сторон правоотношения зависит от множества социально-экономических, политических и правовых факторов. Однако отказ от стремления к балансу интересов способен привести к противоположному его состоянию, а именно к дисбалансу, последствия которого выражаются в снижении эффективности правового регулирования и росте конфликтности в правовой сфере <3>.
--------------------------------
<3> См.: Шугуров М.В. Баланс и дисбаланс как категории правовой реальности: системно-синергетический подход // Российский журнал правовых исследований. 2016. Т. 3. N 1 (6). С. 89.
Как верно отмечает Ж.И. Седова, "нарушение баланса интересов является триггером для конфликта в любой сфере правоотношений, к нивелированию которого приводит только восстановление их справедливого баланса" <4>.
--------------------------------
<4> Седова Ж.И. Правовые формы отрицания недобросовестного поведения. М., 2023. С. 244.
В связи с этим представляется обоснованным вывод Е.В. Вавилина, что устойчивое развитие гражданского общества возможно только при установлении оптимального равновесия интересов всех участников гражданских правоотношений, включая государство, что предполагает достижение необходимого баланса частных и публичных начал <5>. Таким образом баланс интересов приобретает системообразующее значение для функционирования правопорядка в целом.
--------------------------------
<5> См.: Вавилин Е.В. Публичный интерес в гражданском праве // Актуальные проблемы развития гражданского права и гражданского процесса: матер. Всерос. науч.-практ. конф., посвящ. 40-летию Университета. Краснодар, 2017. С. 9.
Категория "баланс интересов" находит отражение в исследованиях представителей различных отраслей права. Так, в конституционно-правовой доктрине баланс интересов рассматривается как правовое состояние, при котором допускается необходимое и разумное ограничение прав и свобод одних лиц в целях обеспечения публичных интересов и защиты прав и свобод других при условии недопущения дискриминации и произвольного умаления прав отдельного человека или группы лиц <6>.
--------------------------------
<6> См.: Саликов М.С., Мочалов А.Н. Обеспечение баланса интересов как основная задача конституционно-правового регулирования // European and Asian Law Review. 2023. Т. 6. N 3. С. 25.
В трудовом праве концепция баланса интересов традиционно связывается с соотношением интересов работника и работодателя. Как отмечает Ю.В. Иванова, баланс интересов в данной сфере достигается посредством соразмерности прав и обязанностей сторон, что обеспечивает справедливое сотрудничество и равенство возможностей для реализации законных интересов участников трудовых отношений <7>. При этом баланс рассматривается не как формальное равенство, а как функциональное согласование интересов в условиях экономической и организационной асимметрии сторон.
--------------------------------
<7> См.: Иванова Ю.В. Концепция баланса интересов и ее место в трудовом праве Российской Федерации // Трудовое право в России и за рубежом. 2019. N 3. С. 12.
Особое развитие категория баланса интересов получила в рамках цивилистической доктрины, где сформировалось несколько подходов к ее содержанию. Так, А.Ф. Пьянкова предлагает: "Под балансом интересов следует понимать такое состояние правоотношения, в котором права и обязанности сторон соразмерны и стороны имеют равные возможности для реализации своих законных интересов" <8>; к числу сущностных признаков баланса интересов автор относит соразмерность прав и обязанностей, равенство возможностей, сотрудничество сторон, а также динамичность правового регулирования.
--------------------------------
<8> Пьянкова А.Ф. Концепция баланса интересов и ее место в гражданском праве России // Вестник Пермского университета. Юридические науки. 2014. N 2. С. 120 - 121.
При анализе соразмерности прав и обязанностей важно разграничивать нормативную и фактическую соразмерности. Последняя предполагает не только формальное закрепление субъективных прав, но и наличие реальных условий для их осуществления, включая отсутствие экономических, информационных и иных барьеров, препятствующих реализации законных интересов участников правоотношений <9>.
--------------------------------
<9> См.: Богданова Е.Е., Пьянкова А.Ф. Баланс интересов как метод цивилистического исследования // Методологические проблемы цивилистических исследований. 2019. N 1. С. 138 - 139.
Заслуживает внимания позиция В.В. Кулакова, который предлагает рассматривать категорию "разумный баланс интересов" как цель правового регулирования. По его мнению, "разумность баланса заключается в присущей отношениям экономического обмена эквивалентности встречного исполнения, предполагающей отсутствие как чрезмерной выгоды, так и чрезмерных убытков для каждой из сторон" <10>.
--------------------------------
<10> Кулаков В.В. Разумный баланс интересов как цель гражданско-правового регулирования // Российское правосудие. 2016. N 1. С. 183.
Таким образом, проведенный анализ научных подходов позволяет сделать вывод о многогранности характеристик, определяющих категорию "баланс интересов". Указанная категория может рассматриваться в качестве идеала правового развития, принципа правового регулирования, характеристики конкретного правоотношения, а также цели правового регулирования. К числу общих признаков данной категории относятся согласование и соразмерность учета различных, в том числе конкурирующих, интересов участников правоотношений, а также достижение компромисса между ними на основе критериев разумности и справедливости.
Историческая эволюция баланса интересов в системе государственных закупок. Формирование современной концепции баланса частных и публичных интересов в сфере государственных закупок имеет глубокие исторические корни. Анализ эволюции данного института позволяет проследить трансформацию подходов к соотношению интересов государства и частных лиц.
В дореволюционной России система казенных подрядов и поставок <11> уже содержала элементы, направленные на обеспечение баланса интересов. Так, с одной стороны, устанавливались строгие требования к поставщикам и подрядчикам, с другой - предусматривались гарантии своевременной оплаты выполненных работ и поставленных товаров.
--------------------------------
<11> Положение о казенных поставках и подрядах 1900 г., вобравшее весь накопленный Российской империей опыт закупок, действовало до 1914 г.
В советский период доминирование плановой экономики привело к существенному смещению баланса в сторону публичных интересов. Государственные закупки осуществлялись в рамках централизованного распределения ресурсов, что практически исключало учет частных интересов поставщиков.
Современная российская система государственных закупок начала формироваться в 1990-е гг., когда был принят Указ Президента РФ от 8 апреля 1997 г. N 305 "О первоочередных мерах по предотвращению коррупции и сокращению бюджетных расходов при организации закупки продукции для государственных нужд". В данном документе впервые закреплены принципы открытости, прозрачности и конкурентности закупочных процедур, что стало важным шагом к установлению баланса интересов.
Принятие Федерального закона от 21 июля 2005 г. N 94-ФЗ "О размещении заказов на поставки товаров, выполнение работ, оказание услуг для государственных и муниципальных нужд" ознаменовало новый этап в развитии системы государственных закупок. Закон был направлен на обеспечение эффективности расходования бюджетных средств и предотвращение коррупции, однако на практике нередко приводил к формализации процедур и не обеспечивал должного качества закупаемых товаров, работ и услуг.
Действующий Федеральный закон от 5 апреля 2013 г. N 44-ФЗ "О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд" (далее - Закон о контрактной системе) представляет собой попытку достижения более сбалансированного подхода, учитывающего как публичные интересы (эффективность расходования бюджетных средств, противодействие коррупции), так и частные интересы участников закупок (защита от недобросовестных действий заказчиков, обеспечение справедливой конкуренции).
Историческая эволюция системы государственных закупок демонстрирует постепенное движение от доминирования публичных интересов к более сбалансированному подходу, учитывающему законные интересы всех участников закупочных правоотношений.
Международный опыт обеспечения баланса интересов в сфере публичных закупок. Анализ международного опыта регулирования публичных закупок представляет значительный интерес для совершенствования российской контрактной системы в контексте обеспечения баланса частных и публичных интересов.
Типовой закон ЮНСИТРАЛ о публичных закупках 2011 г., являющийся рекомендательным документом для национальных законодательств, закрепляет ряд принципов, направленных на обеспечение баланса интересов: максимальная экономия и эффективность закупок, широкое участие поставщиков, справедливое и беспристрастное отношение к поставщикам, обеспечение открытости и прозрачности процедур.
В Европейском союзе система государственных закупок регулируется Директивой 2014/24/EU о публичных закупках, в которой установлены детальные процедуры проведения закупок и механизмы защиты прав участников. Особое внимание уделяется обеспечению конкуренции и предотвращению дискриминации поставщиков. При этом в Директиве предусматривается возможность учета социальных, экологических и инновационных аспектов при проведении закупок, что отражает стремление к балансу экономических и общественных интересов.
Система государственных закупок США, регулируемая Федеральным положением о приобретении в США (Federal Acquisition Regulation, FAR), характеризуется высокой степенью гибкости и ориентацией на результат. Заказчикам предоставляется значительная свобода в выборе способов закупок и критериев оценки предложений, что позволяет более эффективно учитывать специфику конкретных закупок. При этом в системе определены развитые механизмы контроля и обжалования, обеспечивающие защиту прав участников.
FAR отличается от российского закупочного законодательства детальной проработкой закупочных правил, процедур и принципов закупок, содержит определение более чем 200 понятий <12>. Кроме того, в FAR содержатся руководящие указания по толкованию и порядку применения этих понятий. В частности, в них предусматривается, что определения, содержащиеся в ч. 2 правил, применяются ко всем положениям, если только они не определены конкретно в другой части, подразделе, разделе или пункте. Слова или термины, предусмотренные в определенной части, подразделе, разделе, положении или предложении, имеют это значение при использовании только в данной части, подразделе, разделе, положении или предложении. Неопределенные слова сохраняют общее словарное значение.
--------------------------------
<12> См.: 2.000 Electronic Code of Federal Regulations. URL: file:///C:/Users/legist/Desktop/eCFR%20%E2%80%94%20Code%20of%20Federal%20Regulations.html (дата обращения: 25.01.2026).
Таким образом, закупочное законодательство США содержит не только детальное определение каждого используемого в закупках понятия, но и порядок толкования и применения указанного понятия.
В российское законодательство целесообразно включить руководящие указания по толкованию основных определений и рассмотреть перечень определений, используемых в сфере закупок, что позволит обеспечить защиту интересов участников закупочных процедур.
Опыт Сингапура демонстрирует эффективность электронных закупок для обеспечения прозрачности и конкуренции. Портал GeBIZ (Government Electronic Business) обеспечивает равный доступ всех потенциальных поставщиков к информации о закупках и упрощает процедуры участия, что способствует балансу интересов государства и бизнеса.
Все приглашения к участию в конкурсах и тендерах государственного сектора (за исключением контрактов, связанных с обеспечением безопасности) публикуются на GeBIZ <13>. Поставщики могут искать возможности для участия в государственных закупках, получать соответствующую закупочную документацию и подавать заявки онлайн.
--------------------------------
<13> См.: URL: https://www.gebiz.gov.sg (дата обращения: 01.03.2026).
Южнокорейская система KONEPS (Korea ON-line E-Procurement System) также является примером успешного внедрения электронных закупок. ООН наградила KONEPS за вклад в развитие сферы госуслуг. Позже корейские технологии высоко оценила Организация экономического сотрудничества и развития, а организацию процедур в KONEPS признали международным стандартом электронных закупок.
Система обеспечивает автоматизацию всех этапов закупочного процесса, что снижает административные барьеры для участников и повышает эффективность расходования бюджетных средств. Южнокорейская система KONEPS использует искусственный интеллект для анализа цен и выявления аномалий. Для удобства пользователей вход в систему осуществляется посредством сканирования отпечатка пальца.
Международный опыт свидетельствует, что эффективная система публичных закупок должна сочетать четкие и прозрачные процедуры с определенной степенью гибкости, позволяющей учитывать специфику конкретных закупок. Важными элементами обеспечения баланса интересов являются развитые механизмы обжалования, электронизация закупочных процедур и профессионализация закупочной деятельности.
Баланс публичных и частных интересов. В юридической науке категория баланса интересов традиционно рассматривается через призму соотношения публичных и частных интересов субъектов права. Указанный подход обусловлен тем, что правовое регулирование по своей природе призвано согласовывать разнонаправленные интересы, обеспечивая одновременно стабильность общественного развития и защиту индивидуальных прав.
При этом в научной литературе подчеркивается, что публичные и частные интересы взаимосвязаны и их противопоставление неправильно, поскольку первые составляются из последних, а любая отрасль права есть элемент общественного устройства и существует только для общественных целей <14>.
--------------------------------
<14> См.: Лазарев Л.В. Правовые позиции Конституционного Суда России. М., 2008. С. 12.
Выдающийся российский цивилист Г.Ф. Шершеневич, рассматривая соотношения публичного интереса, под которым он понимал общественный интерес и интерес частных лиц, писал: "Нельзя ли сказать, что общественные интересы охраняются настолько, насколько они имеют в виду обеспечить благоденствие частных лиц, и наоборот, что частные интересы охраняются настолько, насколько они согласуются с задачами общества? Охраняя интересы отдельного лица, право имеет своею целью в то же время охранение интересов всего общества" <15>.
--------------------------------
<15> Шершеневич Г.Ф. Избранное. Т. 5: Учебник русского гражданского права / сост. П.В. Крашенинников. М., 2017. С. 9.
Теория о неразрывной связи интереса всего общества и частных лиц находит свое развитие в современной научной мысли. Как справедливо отмечает Е.В. Вавилин, "при анализе соотношения публичных и частных интересов следует исходить не из недостижимого тождества общих и индивидуальных интересов, а из необходимости их разумного и эффективного сосуществования, направленного на достижение как всеобщего, так и личного блага" <16>.
--------------------------------
<16> Вавилин Е.В. Указ. соч. С. 12.
Сходную позицию занимает А.Г. Малинова: "По существу, баланс публичных и частных интересов может быть достигнут только при таком правопорядке, в котором и публичные, и частные интересы получают равное и более-менее полное удовлетворение" <17>.
--------------------------------
<17> Малинова А.Г. Указ. соч. С. 27.
По справедливому утверждению Ю.А. Крохиной, "характеризуя соотношение частного и публичного, нужно видеть единство и борьбу противоположностей" <18>.
--------------------------------
<18> Крохина Ю.А. Принцип сочетания частных и публичных интересов в финансовом праве // Финансовое право. 2012. N 5. С. 9.
Приведенный научный подход позволяет констатировать, что баланс публичных и частных интересов строится на поиске оптимальных юридических механизмов их согласования. При этом правовое регулирование должно исходить из признания равной ценности публичных и частных интересов, обеспечивая условия для их эффективного осуществления.
Баланс частных и публичных интересов в контрактной системе. Публичный интерес в сфере закупок выражается в целях контрактной системы, а именно в необходимости эффективного, экономного и результативного расходования бюджетных средств, предотвращения коррупции, обеспечения прозрачности закупочных процедур и своевременного удовлетворения государственных и муниципальных нужд. Указанные цели закреплены в ст. 1 Закона о контрактной системе.
Частный интерес участника закупки вытекает из природы предпринимательской деятельности, которая в соответствии с п. 1 ст. 2 ГК РФ представляет собой самостоятельную, осуществляемую на свой риск деятельность, направленную на систематическое получение прибыли. Участие в закупках для хозяйствующих субъектов является формой реализации данного интереса, предполагающей разумную экономическую выгоду, предсказуемость условий и защиту от необоснованных рисков.
Как указано выше, публичные и частные интересы не находятся в отношениях антагонизма. Напротив, публичный интерес в сфере закупок служит условием реализации частных интересов участников закупок, обеспечивая стабильность и прозрачность контрактной системы.
В целях повышения эффективности функционирования контрактной системы необходимо обеспечить надлежащий баланс публичных и частных интересов. С одной стороны, подлежат защите публичные интересы, выражающие потребности общества и государства в целом, с другой - законные интересы частных лиц, участвующих в закупочных процедурах, что на практике нередко обусловливает возникновение конфликта между указанными интересами.
При этом в своем единстве публичные и частные интересы должны быть направлены на достижение общей цели, ради которой стороны вступают в контрактные правоотношения, - удовлетворение государственных и муниципальных нужд. Для достижения этой цели необходимо, с одной стороны, чтобы заказчик и участник закупочной процедуры были поставлены в условия, исключающие возможности для злоупотреблений для обеих сторон с риском наступления негативных правовых последствий для нарушившей правила стороны. С другой стороны, следует создать необходимые условия для равного участия в закупках всех заинтересованных лиц.
Примечательно, что в Федеральном законе от 29 декабря 2012 г. N 275-ФЗ "О государственном оборонном заказе" баланс интересов закреплен на нормативном уровне. Так, в ч. 1 ст. 9 Закона указано на необходимость соблюдения баланса интересов государственного заказчика и исполнителей при государственном регулировании цен.
Закрепление на законодательном уровне правила о необходимости соблюдения баланса интересов сторон является правовым ориентиром обеспечения удовлетворения публичных и частных интересов. При этом несмотря на отсутствие прямого закрепления категории баланса интересов в гражданском законодательстве и Законе о контрактной системе, его существование признается в правоприменительной практике. Анализ судебной практики в сфере контрактной системы позволил выявить тенденцию к применению судами правила о балансе частных и публичных интересов, выступающего ключевым инструментом разрешения споров между заказчиком и участником закупки.
Так, Арбитражный суд Московского округа, рассматривая требование заказчика к подрядчику о взыскании неосновательного обогащения, выявленного в результате проверки использования средств федерального бюджета, указал, что завышение стоимости работ по государственному контракту свидетельствует о неэффективном расходовании бюджетных средств и, следовательно, о причинении ущерба публичным интересам. Вместе с тем суд подчеркнул, что защита публичных интересов не исключает необходимость соблюдения баланса интересов подрядчика. Нормы бюджетного, закупочного и гражданского законодательства подлежат применению во взаимосвязи, предоставляя подрядчику возможность доказать добросовестность своих действий, соразмерность стоимости работ их объему, экономическую обоснованность расходов и соответствие качества выполненных работ условиям договора <19>.
--------------------------------
<19> Постановление Арбитражного суда Московского округа от 9 сентября 2024 г. N Ф05-17844/2024 по делу N А40-236764/2023.
Кроме того, Конституционный Суд РФ, неоднократно рассматривая жалобы о нарушении конституционных прав заявителей положениями Закона о контрактной системе, акцентировал внимание на соотношении публичных интересов и частных интересов. Так, в Определении КС РФ от 28 января 2025 г. N 172-О, которым отказано в принятии к рассмотрению жалобы ООО "Альфа Строй" на нарушение его конституционных прав ч. 9 ст. 32 Закона о контрактной системе, указано, что оспариваемая норма направлена на обеспечение разумного баланса интересов участников закупки и заказчиков, а также на создание условий для добросовестной конкуренции. Таким образом Суд подтвердил, что законодатель, закрепляя требования к оценке заявок, исходит не из приоритета интересов заказчика как публичного субъекта, а из необходимости соразмерного учета интересов всех участников закупочного процесса.
Сходная правовая позиция была выражена в Определении КС РФ от 30 мая 2024 г. N 1312-О по жалобе ООО "Силуэт-Трейд", оспаривавшего ч. 14 ст. 83.2 Закона о контрактной системе. Заявитель указывал на возможность злоупотреблений со стороны заказчика, который, отказываясь от заключения контракта с участником, занявшим второе место, проводит повторную закупку, увеличивая таким образом размер убытков, подлежащих взысканию с уклонившегося от подписания контракта победителя. Однако Конституционный Суд пришел к выводу, что оспариваемая норма сама по себе не нарушает конституционные права участника закупки, поскольку не исключает применение судами положений гражданского законодательства о снижении ответственности с учетом вины кредитора (ст. 404, 1083 ГК РФ). Суд подчеркнул, что баланс интересов достигается не только на уровне Закона о контрактной системе, но и посредством механизмов гражданско-правовой ответственности.
Таким образом, на основании анализа судебной практики можно сделать вывод о формировании в правоприменительной практике правовой позиции, в рамках которой баланс публичных и частных интересов рассматривается как системообразующий критерий регулирования правоотношений в контрактной системе, обеспечивающий устойчивость закупочных правоотношений и их соответствие как публичным задачам государства, так и основам гражданско-правового регулирования.
Цифровизация как фактор обеспечения баланса интересов в контрактной системе. Цифровизация закупочных процедур представляет собой один из ключевых факторов, способствующих достижению баланса частных и публичных интересов в контрактной системе. Внедрение информационных технологий в сферу государственных закупок позволяет одновременно повысить эффективность расходования бюджетных средств и обеспечить равный доступ участников к закупкам.
Современная система государственных закупок является одной из наиболее динамично развивающихся сфер в части цифровизации и может быть определена как максимально цифровизованная в современном государственном и муниципальном управлении.
Высокая скорость внедрения цифровых технологий объясняется небывалым объемом информации, который существует в системе государственных закупок, необходимостью ее структурирования и контроля. До внедрения цифровизации контроль информации в системе закупок вряд ли мог быть определен как всеобъемлющий <20>.
--------------------------------
<20> См.: Пахомова Л.М. Цифровизация контрактных отношений: первые итоги и правовые пробелы // Право и цифровая экономика. 2022. N 4. С. 5.
Единая информационная система в сфере закупок (ЕИС), функционирующая в России с 1 января 2016 г., обеспечивает публикацию информации о закупках в открытом доступе, что способствует прозрачности закупочных процедур и снижает риски коррупции. Доступность информации о планируемых и проводимых закупках позволяет потенциальным участникам заблаговременно планировать свое участие, что соответствует их частным интересам.
Электронные торговые площадки, на которых проводятся закупочные процедуры, обеспечивают равный доступ участников к закупкам независимо от их географического расположения. Это способствует развитию конкуренции и, как следствие, повышению эффективности расходования бюджетных средств.
Автоматизация процессов в контрактной системе, снижающая влияние человеческого фактора на результаты закупок, минимизирует риски субъективизма и коррупции. Например, автоматическое ранжирование заявок по ценовому критерию исключает возможность манипуляций при определении победителя.
Внедрение технологии блокчейн в сферу государственных закупок потенциально способно обеспечить неизменность и прослеживаемость всех действий участников закупочного процесса, что повысит доверие к системе со стороны всех заинтересованных лиц.
Использование технологий искусственного интеллекта для анализа закупочных данных, позволяющих выявлять аномалии и потенциальные нарушения, способствует предотвращению неэффективного расходования бюджетных средств и защите добросовестных участников от недобросовестной конкуренции.
Цифровизация контрактной системы также создает предпосылки для перехода к более гибким моделям закупок, основанным на оценке совокупной стоимости владения и жизненного цикла продукции, и позволяет более эффективно учитывать как публичные интересы (долгосрочная экономическая эффективность), так и частные интересы поставщиков инновационной продукции.
Таким образом, цифровизация контрактной системы является важным фактором обеспечения баланса частных и публичных интересов, способствуя повышению прозрачности, конкурентности и эффективности закупочных процедур.
Проблемы обеспечения баланса интересов при закупках инновационной и высокотехнологичной продукции. Закупки инновационной и высокотехнологичной продукции представляют особую сложность с точки зрения обеспечения баланса частных и публичных интересов. Специфика таких закупок обусловлена высокой степенью неопределенности в отношении характеристик продукции, сложностью формирования требований и оценки предложений, а также необходимостью учета долгосрочных эффектов от внедрения инноваций.
Публичный интерес при закупках инновационной продукции заключается в стимулировании технологического развития экономики, повышении эффективности деятельности государственных органов и учреждений, обеспечении технологической независимости страны. Частный интерес разработчиков и поставщиков инновационной продукции состоит в получении справедливого вознаграждения за разработку и внедрение инноваций, защите интеллектуальной собственности, возможности долгосрочного сотрудничества с государственными заказчиками.
Одной из ключевых проблем является сложность формирования технических требований к инновационной продукции. Заказчики часто не обладают достаточными компетенциями для определения оптимальных технических характеристик, что приводит либо к чрезмерно детализированным требованиям, ограничивающим конкуренцию, либо к слишком общим формулировкам, не позволяющим обеспечить необходимое качество.
Существующие процедуры определения начальной (максимальной) цены контракта также не в полной мере учитывают специфику инновационной продукции. Метод сопоставимых рыночных цен часто неприменим из-за отсутствия аналогов, а затратный метод не учитывает интеллектуальную составляющую и риски разработчиков.
Критерии оценки заявок, установленные Законом о контрактной системе, не позволяют в полной мере учесть инновационный характер продукции. Преобладание ценового критерия приводит к тому, что преимущество получают поставщики, предлагающие более дешевые, но менее инновационные решения.
Особую проблему представляет распределение прав на результаты интеллектуальной деятельности, созданные в рамках государственных контрактов. Действующее законодательство предусматривает, что права на такие результаты принадлежат Российской Федерации, если контрактом не установлено иное. Это снижает мотивацию разработчиков к созданию инновационных решений и их дальнейшему совершенствованию.
Для решения указанных проблем необходимо совершенствование законодательства о контрактной системе в части, касающейся закупок инновационной продукции. В частности, целесообразно:
расширить возможности применения конкурентных процедур с предварительным квалификационным отбором;
внедрить механизмы, позволяющие учитывать совокупную стоимость владения и жизненный цикл продукции при определении победителя;
разработать специальные методики определения начальной (максимальной) цены контракта для инновационной продукции;
предусмотреть более гибкие подходы к распределению прав на результаты интеллектуальной деятельности.
Опыт зарубежных стран доказывает эффективность таких инструментов, как инновационное партнерство (ЕС), закупки на основе результатов (США), которые позволяют более гибко подходить к определению требований и оценке предложений при закупках инновационной продукции.
В США существует система закупок, ориентированная на достижение измеримой эффективности работы поставщика. Такой подход называется заключением контрактов, основанных на результатах (PBC). Он фокусируется на разработке стратегических показателей эффективности и прямой привязке оплаты по контракту к результатам работы в соответствии с этими показателями.
Таким образом, обеспечение баланса частных и публичных интересов при закупках инновационной и высокотехнологичной продукции требует совершенствования законодательства и практики его применения с учетом специфики таких закупок и интересов всех участников закупочных правоотношений.
Судебная практика как инструмент обеспечения баланса интересов в контрактной системе. Судебная практика играет ключевую роль в формировании правовых механизмов обеспечения баланса частных и публичных интересов в контрактной системе. Анализируя актуальные судебные решения, можно выявить новые подходы к разрешению конфликтов между заказчиками и участниками закупок, а также определить тенденции развития правоприменительной практики в данной сфере.
Эволюция подходов к включению в реестр недобросовестных поставщиков. Реестр недобросовестных поставщиков (РНП), предусмотренный ст. 104 Закона о контрактной системе, является одним из ключевых инструментов обеспечения публичных интересов в сфере закупок. Вместе с тем включение поставщика в РНП существенно ограничивает права участника закупки на осуществление предпринимательской деятельности, что требует особого внимания к соблюдению баланса интересов при применении данной меры.
Судебная и административная практика демонстрирует тенденцию к более тщательной оценке добросовестности поставщика при рассмотрении дел о включении в РНП. В письме ФАС России от 28 марта 2014 г. N ИА/11604/14 "По вопросам рассмотрения обращений о включении в реестр недобросовестных поставщиков сведений о недобросовестных поставщиках (подрядчиках, исполнителях), контракты с которыми расторгнуты в случае одностороннего отказа заказчика от исполнения контракта в связи с существенным нарушением ими условий контрактов" сформулирована важная правовая позиция, согласно которой нарушение заказчиком порядка уведомления поставщика об одностороннем отказе от исполнения контракта, установленного ч. 12.1 ст. 95 Закона о контрактной системе, исключает правомерность включения поставщика в РНП.
В данной позиции развивается подход, ранее сформулированный в п. 18 Обзора судебной практики применения законодательства о контрактной системе, утвержденного Президиумом ВС РФ 28 июня 2017 г., и направленный на защиту частных интересов участников закупок от необоснованного применения санкций.
Особое значение приобретает оценка фактических действий поставщика при решении вопроса о включении в РНП. Верховный Суд РФ в 2023 г. указал, что поставщик, предпринявший разумные меры для исполнения контракта, не может быть признан недобросовестным, даже если контракт был расторгнут из-за объективных обстоятельств, таких как санкционные ограничения <21>.
--------------------------------
<21> Определение Судебной коллегии по экономическим спорам ВС РФ от 16 октября 2023 г. N 305-ЭС23-10096 по делу N А40-47485/202.
В деле N А56-17297/2022 петербургский "Психоневрологический диспансер N 5" был включен в РНП по причине его уклонения, по мнению ФАС, от заключения контракта с университетом. Учреждение обжаловало выводы ФАС в суд, который поддержал его. Арбитражный суд Северо-Западного округа отметил, что суды установили: контракт подписали позднее определенного срока не из-за недобросовестного поведения участника закупки и его намеренного уклонения от оформления сделки; "суды приняли во внимание, что причиной неподписания договора в установленный срок стала ошибка работника учреждения, которая была исправлена в кратчайшие сроки после ее обнаружения" <22>.
--------------------------------
<22> Постановление Арбитражного суда Северо-Западного округа от 1 июня 2023 г. N Ф07-5851/23 по делу N А56-17297/2022.
Таким образом, судебная практика формирует более сбалансированный подход к применению РНП, при котором учитываются не только формальные основания для включения в реестр, но и фактические обстоятельства дела, включая добросовестность поставщика и объективные препятствия для исполнения контракта.
Антидемпинговые меры в контексте баланса интересов. Антидемпинговые меры, предусмотренные ст. 37 Закона о контрактной системе, направлены на защиту публичных интересов от рисков неисполнения или ненадлежащего исполнения контракта вследствие необоснованного занижения цены. Вместе с тем применение данных мер не должно создавать необоснованные препятствия для участия в закупках добросовестных поставщиков, предлагающих конкурентные цены.
Судебная практика уточняет порядок применения антидемпинговых мер с учетом необходимости обеспечения баланса интересов. Суды неоднократно подтверждают, что непредоставление победителем аукциона обеспечения влечет признание его уклонившимся от заключения контракта <23>. Однако суды также отмечают, что заказчик не вправе требовать обеспечение от третьих лиц, так как это противоречит принципу личной ответственности участника закупки.
--------------------------------
<23> См. решения ФАС России от 25 апреля 2023 г. по делу N 28/06/105-863/2023, от 15 февраля 2024 г. по делу N 28/06/105-324/2023, от 24 апреля 2023 г. по делу N 28/06/105-134/2023, Омского УФАС России от 24 апреля 2023 г. по делу N 055/06/106-457/2023. Поддерживает данный подход и судебная практика. См., например, Постановления Арбитражного суда Московского округа от 19 февраля 2024 г. по делу N А40-104834/2023-144-804, Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 15 февраля 2024 г.; Определение ВС РФ от 6 июня 2024 г. N 304-ЭС24-8346.
Возможно применение альтернативного механизма антидемпинговых мер - предоставления информации о добросовестности. Заказчик обязан проверить достоверность этих сведений через ЕИС, что обеспечивает защиту публичных интересов при одновременном сохранении возможности для добросовестных участников предлагать конкурентные цены.
Решение оставят в силе, если суд придет к выводу, что заказчик отклонил заявку участника без оснований или с существенными нарушениями либо допустил к участию несоответствующую заявку. По одному из дел заказчик отклонил участника из-за того, что участник, который существенно снизил начальную (максимальную) цену закупки, не подтвердил добросовестность, хотя в этом случае следует не отклонять, а требовать увеличения размера обеспечения <24>.
--------------------------------
<24> Постановление Арбитражного суда Центрального округа от 26 октября 2017 г. N Ф10-4355/2017 по делу N А83-7879/2016.
Приемка товаров, работ и услуг: новые подходы к обеспечению баланса интересов. Приемка результатов исполнения контракта является ключевым этапом закупочного процесса, на котором особенно остро проявляется потенциальный конфликт интересов заказчика и поставщика. Заказчик заинтересован в получении товаров, работ или услуг надлежащего качества, а поставщик - в своевременной оплате исполненных обязательств.
Анализ судебной практики позволяет выделить следующие ключевые направления, в рамках которых суды осуществляют балансирование частных и публичных интересов.
1. Оценка добросовестности действий заказчика при формировании требований к участникам и объекту закупки. Суды и ФАС руководствуются принципами обоснованности и соразмерности данных требований объекту закупки, а также необходимостью предотвращения необоснованного ограничения конкуренции. Так, УФАС указал, что установление заказчиком чрезмерно детализированных требований к товару, которые могут быть выполнены только одним производителем, нарушает принцип обеспечения конкуренции и не соответствует публичным интересам <25>.
--------------------------------
<25> См.: URL: https://br.fas.gov.ru/to/ivanovskoe-ufas-rossii/b-n-fe60578a-23f5-41fd-a0d0-f871e29c6a57/ (дата обращения: 25.01.2026).
2. Оценка соразмерности ответственности участников закупок за нарушение условий контракта. При взыскании неустойки суды должны учитывать не только формальное нарушение условий контракта, но и реальные последствия такого нарушения для заказчика, а также причины нарушения и степень вины исполнителя.
3. Разрешение споров, связанных с включением участников закупок в реестр недобросовестных поставщиков. Суды исходят из того, что включение в реестр является серьезной санкцией, существенно ограничивающей права участника, и должно применяться только при наличии доказательств недобросовестного поведения. Формальное нарушение условий контракта при отсутствии умысла или грубой неосторожности не является основанием для включения в реестр недобросовестных поставщиков.
4. Оценка действий заказчика при приемке товаров, работ, услуг. Суды подчеркивают, что заказчик не вправе произвольно отказываться от приемки и оплаты поставленных товаров, выполненных работ, оказанных услуг, если они соответствуют условиям контракта. Отказ заказчика от приемки и оплаты фактически выполненных работ на основании формальных нарушений процедуры исполнения контракта является злоупотреблением правом.
5. Разрешение споров, связанных с изменением условий контракта. Суды признают, что в определенных случаях изменение условий контракта может быть необходимо для обеспечения баланса интересов сторон, особенно в условиях существенного изменения обстоятельств. Например, правомерным может быть признано изменение цены контракта в связи с существенным ростом стоимости строительных материалов, поскольку такое изменение соответствует как частным интересам подрядчика, так и публичным интересам, связанным с завершением строительства социально значимого объекта.
Таким образом, судебная практика выступает важным инструментом обеспечения баланса частных и публичных интересов в контрактной системе, позволяя разрешать конфликты с учетом конкретных обстоятельств дела и формировать единообразные подходы к толкованию и применению законодательства о закупках.
Перспективы совершенствования правового регулирования в целях обеспечения баланса интересов в контрактной системе. Анализируя действующее законодательство и практику его применения, можно выделить ряд следующих направлений совершенствования правового регулирования контрактной системы в целях обеспечения более эффективного баланса частных и публичных интересов.
1. Дифференциация правового регулирования в зависимости от объекта закупки и его стоимости. Унифицированный подход к регулированию всех видов закупок не позволяет учесть специфику отдельных категорий товаров, работ, услуг. Целесообразно предусмотреть более гибкие процедуры для закупок инновационной продукции, творческих работ, научно-исследовательских и опытно-конструкторских работ, а также упрощенные процедуры для закупок малой стоимости.
2. Совершенствование механизмов защиты прав участников закупок. Действующая система обжалования не всегда обеспечивает эффективную защиту прав добросовестных участников. Целесообразно расширить основания для обжалования действий (бездействия) заказчиков, упростить процедуру обжалования для малого бизнеса, предусмотреть возможность приостановления закупочных процедур на период рассмотрения жалобы.
3. Развитие института ответственности заказчиков за нарушение законодательства о контрактной системе. Действующая система ответственности не всегда обеспечивает соразмерность наказания тяжести нарушения и его последствиям. Необходимо дифференцировать ответственность в зависимости от характера нарушения и его последствий, а также предусмотреть механизмы освобождения от ответственности при малозначительности нарушения и отсутствии негативных последствий.
Реализация указанных направлений совершенствования правового регулирования контрактной системы позволит обеспечить более эффективный баланс частных и публичных интересов, что будет способствовать повышению эффективности закупок, развитию конкуренции и снижению коррупционных рисков.
Заключение. Итак, баланс частных и публичных интересов является фундаментальной категорией, определяющей эффективность функционирования контрактной системы в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд.
Баланс частных и публичных интересов в контрактной системе представляет собой фундаментальную категорию, отражающую сущность контрактной системы как сложного правового механизма взаимодействия государства и частных лиц.
При этом публичный интерес не может быть реализован в отрыве от частных интересов, последние, будучи обусловлены природой предпринимательской деятельности, предполагают защиту от необоснованных рисков и возможность извлечения прибыли. Игнорирование либо несоразмерное ограничение частных интересов неизбежно приводит к снижению конкуренции и, как следствие, подрыву самих публичных целей контрактной системы. В связи с этим баланс публичных и частных интересов следует рассматривать как объективно существующий правовой критерий, обеспечивающий устойчивость закупочных правоотношений в целях удовлетворения государственных и муниципальных нужд.
Исторический анализ развития системы государственных закупок демонстрирует постепенное движение от доминирования публичных интересов к более сбалансированному подходу, учитывающему законные интересы всех участников закупочных правоотношений. Международный опыт свидетельствует, что эффективная система публичных закупок должна сочетать четкие и прозрачные процедуры с определенной степенью гибкости, позволяющей учитывать специфику конкретных закупок.
Перспективы совершенствования правового регулирования контрактной системы связаны с дифференциацией правового регулирования в зависимости от объекта закупки, развитием института предварительного квалификационного отбора, совершенствованием механизмов определения начальной (максимальной) цены контракта, расширением возможностей для изменения условий контракта при существенном изменении обстоятельств, совершенствованием системы контроля и защиты прав участников закупок.
Реализация указанных направлений позволит обеспечить более эффективный баланс частных и публичных интересов в контрактной системе, что будет способствовать повышению эффективности закупок, развитию конкуренции и снижению коррупционных рисков.
Список литературы
1. Богданова Е.Е., Пьянкова А.Ф. Баланс интересов как метод цивилистического исследования // Методологические проблемы цивилистических исследований. 2019. N 1.
2. Вавилин Е.В. Публичный интерес в гражданском праве // Актуальные проблемы развития гражданского права и гражданского процесса: матер. Всерос. науч.-практ. конф., посвящ. 40-летию Университета. Краснодар, 2017.
3. Гонгало Б.М. Идеи частного права: должное и сущее // Цивилистические записки: межвуз. сб. науч. тр. Вып. 3: К 80-летию С.С. Алексеева. М., 2004.
4. Иванова Ю.В. Концепция баланса интересов и ее место в трудовом праве Российской Федерации // Трудовое право в России и за рубежом. 2019. N 3.
5. Крохина Ю.А. Принцип сочетания частных и публичных интересов в финансовом праве // Финансовое право. 2012. N 5.
6. Кулаков В.В. Разумный баланс интересов как цель гражданско-правового регулирования // Российское правосудие. 2016. N 1.
7. Лазарев Л.В. Правовые позиции Конституционного Суда России. М., 2008.
8. Малинова А.Г. Баланс интересов и его "ипостаси" в правоведении // Российский юридический журнал. 2022. N 2.
9. Пахомова Л.М. Цифровизация контрактных отношений: первые итоги и правовые пробелы // Право и цифровая экономика. 2022. N 4.
10. Пьянкова А.Ф. Концепция баланса интересов и ее место в гражданском праве России // Вестник Пермского университета. Юридические науки. 2014. N 2.
11. Саликов М.С., Мочалов А.Н. Обеспечение баланса интересов как основная задача конституционно-правового регулирования // European and Asian Law Review. 2023. Т. 6. N 3.
12. Седова Ж.И. Правовые формы отрицания недобросовестного поведения. М., 2023.
13. Шершеневич Г.Ф. Избранное. Т. 5: Учебник русского гражданского права / сост. П.В. Крашенинников. М., 2017.
14. Шугуров М.В. Баланс и дисбаланс как категории правовой реальности: системно-синергетический подход // Российский журнал правовых исследований. 2016. Т. 3. N 1 (6).
Наша компания оказывает помощь по написанию курсовых и дипломных работ, а также магистерских диссертаций по предмету Гражданское право, предлагаем вам воспользоваться нашими услугами. На все работы дается гарантия.
Навигация по сайту:
Контакты:
"Горячие" документы: