Навигация по сайту:

• Главная
• Условия и порядок оказания услуг
• Цены и порядок оплаты
• Способы оплаты
• Гарантии
• ЗАКАЗАТЬ

Контакты:

Свяжитесь с нами:

Telegram: Написать
e-mail: justicemaker@yandex.ru

Муниципальный конституционализм - новая категория современной юриспруденции: доктрина, практика судебного гарантирования. Статьи по предмету Конституционное право России

Наша компания оказывает помощь по написанию статей по предмету Конституционное право России. Используем только актуальное законодательство, проекты федеральных законов, новейшую научную литературу и судебную практику. Предлагаем вам воспользоваться нашими услугами. На все выполняемые работы даются гарантии

Вернуться к списку статей по юриспруденции

МУНИЦИПАЛЬНЫЙ КОНСТИТУЦИОНАЛИЗМ - НОВАЯ КАТЕГОРИЯ СОВРЕМЕННОЙ ЮРИСПРУДЕНЦИИ: ДОКТРИНА, ПРАКТИКА СУДЕБНОГО ГАРАНТИРОВАНИЯ

Н.С. БОНДАРЬ

Настоящая статья продолжает серию публикаций, которые были подготовлены по итогам Донских форумов конституционализма, проводимых в Ростове-на-Дону на базе Научно-образовательного центра судебного конституционализма (НОЦ) при Южном федеральном университете <1>.
--------------------------------
<1> См.: Бондарь Н.С. Экономический конституционализм в доктринальном и правоприменительном измерении // Российская юстиция. 2021. N 8. С. 5 - 10; Он же. Правоохранительный конституционализм как новое направление современной теоретической и практической юриспруденции // Российская юстиция. 2022. N 5. С. 3 - 11; Он же. Экологический конституционализм в современной юриспруденции: от доктрины к практике // Российская юстиция. 2023. N 6. С. 11 - 20.

Говоря о тематике V Донского форума конституционализма (далее - Форум), уместно отметить, что в отличие от предыдущих форумов, которые были посвящены отраслевым проблемам современного конституционализма, данный Форум впервые стал площадкой для обсуждения проблем конституционализма на низовом, самоуправленческом уровне организации единой системы публичной власти. Методологической основой в этот раз стала новая категория отечественной юриспруденции - муниципальный конституционализм. Она может быть представлена многопланово: как научная концепция (доктрина); как система муниципально-правовых актов; как практика реализации соответствующего законодательства: наконец, как муниципальная правовая культура и своего рода муниципально-самоуправленческое мировоззрение.
Идея муниципального конституционализма не есть нечто неожиданное, искусственно созданное в академической среде. Это категория, порожденная самой жизнью, практикой реализации идей конституционализма по месту жительства граждан. Подтверждением этого стало широкое участие в работе Форума не только представителей юридической науки (из городов Юга России, а также из Москвы, Санкт-Петербурга, Воронежа и др.), но и практиков, профессиональная правотворческая, правоприменительная, правоохранительная деятельность которых связана с реализацией полномочий органов государственной власти и местного самоуправления. Особенно важным и полезным было традиционное для Форумов участие представителей Конституционного Суда РФ (далее - КС РФ), судов общей и арбитражной юрисдикций и органов прокуратуры. Без преувеличения можно отметить, что для многих стала откровением, например, информация заместителя председателя Арбитражного суда Ростовской области суда М.А. Новожиловой о том, что порядка 10% от общего количества дел, рассмотренных судом за период с 2020 по 2024 год, составили дела с участием (в различных процессуальных формах) органов местного самоуправления. Доля таких же споров, рассмотренных за тот же период Пятнадцатым арбитражным апелляционным судом, по информации заместителя председателя Н.В. Шимбаревой, составила около 21%.
Вряд ли есть необходимость в дополнительных аргументах в пользу практического значения концепции муниципального конституционализма, равно как и учебного курса муниципального права в системе юридического образования. Тем более важно было обсудить эти вопросы в связи с принятием Федерального закона от 20 марта 2025 г. N 33-ФЗ "Об общих принципах организации местного самоуправления в единой системе публичной власти" <2>, который во многом по-новому (и не всегда бесспорно) решает конкретные вопросы, относящиеся к соответствующей проблематике.
--------------------------------
<2> Российская газета. 2025. 26 марта.

В свете изложенного доктринальное уяснение релевантных проблем, в том числе на основе национального, исторического опыта их решения в России, представляет несомненный практический интерес.

Основа муниципального конституционализма - национальные традиции сочетания державности с общинностью, общественно-самоуправленческих начал с сильной государственностью

Отличительной чертой исторического развития России всегда было сочетание сильной государственности (державности) с общинностью, коллективистскими началами жизни, хозяйственно-экономической деятельности населения. С одной стороны, необходимость эффективного управления на широких географических, природно-климатических пространствах, постоянные военно-политические угрозы, как и сама русская (евразийская) ментальность, основанная на историческом осознании того, что Россия может существовать лишь как мировая держава, предопределяли высокую степень централизации государственной власти, ее сакральный характер в восприятии общества. С другой стороны, социокультурная сложность России, хозяйственно-экономическое многообразие условий жизни и деятельности населения на огромных территориальных пространствах объективно издревле порождали различные формы общественной самоорганизации (народная дружина, вече, крестьянская община и т.п.), благодаря чему в России обеспечивалась устойчивость не только социальных, хозяйственных связей, но во многом и политико-управленческих отношений применительно к конкретным местным условиям и сложившемуся укладу, а верховная государственная власть получала подкрепление снизу, от местного населения.
Одним из ярких подтверждений глубинной философско-культурологической и институциональной взаимосвязи в России общинности и державности, самоорганизации населения и государственного верховенства служит во многом уникальный исторический и современный опыт российского казачества, которое, будучи общественно-самодеятельным формированием, всегда несло в себе повышенный удельный вес государственно-правовых начал, обеспечивая укрепление национального духовно-нравственного и государственно-политического единства, пространственно-территориальное развитие и целостность страны. Неслучайно институт казачества, имеющий федеральное правовое закрепление <3>, вместе с тем рассматривается как принципиально значимая составляющая уставного территориально-государственного строя, например, Ростовской области (гл. 9 Устава Ростовской области), а также уставно-муниципального устройства отдельных муниципальных образований (ч. 2 ст. 14 Устава г. Ростова-на-Дону, гл. 3 Устава г. Таганрога, гл. 3 Устава г. Новошахтинска, гл. 3 Устава г. Новочеркасска). В этом плане общинность и община издавна служат в русской истории явным признаком и выражением бытия и деятельности государственного общества <4>. Общество и государство, частное и публичное, общественно-самоуправленческое и властно-управленческое соединяются здесь в одно целое со всеми внутренними противоречиями и в то же время с тенденциями к гармонизации, поиску баланса несовпадающих интересов <5>.
--------------------------------
<3> См.: Федеральный закон от 5 декабря 2005 г. N 154-ФЗ "О государственной службе российского казачества" // СЗ РФ. 2005. N 50. Ст. 5245.
<4> См.: Лешков В.Н. Русский народ и государство. История русского общественного права до XVIII в. М., 1858.
<5> См.: Диденко А.Н. Соотношение публично-властных и общественных компонентов в организации местного самоуправления и муниципальных образований и их опора на традиционные российские цивилизационные ценности // Местное право. 2025. N 2. С. 3 - 14.

Местное самоуправление в России традиционно определяло фактическую социально-политическую основу формирования институтов государственности в виде предшествующих централизованным структурам государственного управления общинно-вечевых форм социального взаимодействия и одновременно являлось средством участия народа в жизни Отечества, веками отражало структуру российского общества, которая юридически была закреплена государственной властью. В этом - глубинные исторические корни конституционного значения самоуправленческих начал и в этом же в конечном счете - исторические предпосылки формирования современной системы муниципального конституционализма.
Не растерять традиции российской государственности - важная задача в свете нынешних конституционных ориентиров развития общества и государства.

От конституционной модели местного самоуправления - к муниципальному конституционализму

Современный период конституционного развития России, в том числе после принятия конституционных поправок 2020 года, обозначивших принципиально новые социокультурные, ценностные ориентиры развития отечественного конституционализма, предполагает не просто обновление системы действующего законодательства и практики его реализации, но необходимость формирования принципиально новых методологических подходов, новых правовых понятий, категорий, институтов, призванных адекватно отразить в условиях современных вызовов новые явления конституционной и отраслевой действительности.
В этом свете повышенную актуальность и дискуссионность приобрели проблемы местного самоуправления, его судьба на фоне объективной необходимости усиления централизма, формирования сильной российской государственности, призванной противостоять современным глобальным угрозам.
На конституционном уровне весьма широко, многопланово регулируются отношения самоуправления как специфичная сфера властеотношений, что находит свое отражение в первых трех главах Конституции (например, ст. 3, 12 гл. 1, ст. 32, 40, 41, 43 и др. гл. 2 прежде всего, ст. 71 и 72 гл. 3) и тем более в специальной гл. 8, полностью посвященной местному самоуправлению (ст. 130 - 133). Методологические же предпосылки конституционных исследований местного самоуправления в системном плане могут наиболее эффективно обеспечиваться на основе категории муниципального конституционализма; именно она позволяет рассматривать всю систему институционных, функциональных, компетенционных характеристик муниципальных властеотношений в системном единстве между собой и со всеми иными фундаментальными явлениями конституционной жизни личности, общества, местных сообществ и государства в целом.
Каково практическое значение данных характеристик институтов муниципального конституционализма? При поиске ответов на этот вопрос необходимо учитывать по крайней мере следующие обстоятельства.
Во-первых, вопросы местного самоуправления, связанные с необходимостью решения повседневных проблем населения по месту жительства, меньше всего подвержены политическим и партийным пристрастиям, идеологическим искажениям. В конечном счете решение именно этих вопросов является критерием эффективности форм осуществления власти на местах. На данном уровне, в пределах конкретного города или района, села или поселка, люди могут безошибочно оценить деловые качества своих руководителей, избранников в представительные органы - здесь не удержатся, говоря словами А.И. Солженицына, "ложные репутации, не поможет обманное красноречие или партийные рекомендации" <6>. В этом плане заслуживает внимательной оценки проявившаяся в последнее время политизация муниципально-правовой сферы, в том числе внедрение в муниципальные выборы элементов пропорциональной избирательной системы.
--------------------------------
<6> Солженицын А.И. Как нам обустроить Россию. Посильные соображения. М., 1990. С. 47.

Во-вторых, на уровне местного самоуправления ярко и наиболее зримо, результативно обнаруживаются личностные моменты реальной демократии, здесь проявляется "очеловеченный" образ социально-экономических и политических процессов. Именно местное самоуправление, обеспечивающее развитие "демократии малых пространств", способно создать в конечном итоге органическое сочетание власти и свободы. Одновременно важно учитывать, что на уровне местного самоуправления нет и не должно быть, по крайней мере в классическом варианте, принципа разделения властей. Попытки иного решения неизбежно ведут к принижению роли представительных муниципальных органов, которые еще относительно недавно определялись (и небезосновательно) как "работающие корпорации".
В-третьих, система местного самоуправления, как это традиционно отмечается, наиболее приближена к населению, при этом имеются в виду и ее характеристики как выборной или непосредственно осуществляемой населением публичной (муниципальной) власти, и институты общественного самоуправления, равно как и тесно примыкающие к организационно-правовым формам осуществления местного самоуправления институты гражданского общества. Нельзя, однако, не отметить, что переход к одноуровневой территориальной основе местного самоуправления (уже состоявшийся во многих субъектах РФ) может внести существенные коррективы в эту характеристику, удалив местное самоуправление от населения и значительно сократив потенциал самоуправленческой демократии.
Подтверждением того, насколько сложными, во многом противоречивыми бывают эти процессы, является очевидная нестабильность законодательства в области местного самоуправления и порой недостаточная продуманность политических решений, связанных с новыми (очередными) этапами реформирования муниципальной власти. Так, с момента вступления в силу Закона о местном самоуправлении <7> (2003 г.) в него были внесены изменения и дополнения 209 (!) Федеральными законами <8>. Не менее показательны и решения КС РФ: этот Закон за два десятилетия его реализации был предметом рассмотрения 390 раз и 6 раз признавался неконституционным. Можно ли в таком случае говорить о выверенности муниципального законодательства и решений по реформированию местного самоуправления?
--------------------------------
<7> Федеральный закон от 6 октября 2003 г. N 131-ФЗ "Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации" // СЗ РФ. 2003. N 40. Ст. 3822.
<8> Основной объем соответствующих изменений и дополнений касается правового регулирования перечня вопросов местного значения, состава муниципального имущества, ответственности органов местного самоуправления, особенностей организации местного самоуправления, а также заключительных и переходных положений.

Что же касается самой по себе системы правового регулирования местного самоуправления, то она нередко отождествляется исключительно с системой местных (муниципальных) органов власти. Это, конечно, не так. Данная система носит сложный многоуровневый характер, что является отражением сложной, триединой конституционно-правовой природы муниципального конституционализма, демонстрирующего в своем единстве различные стороны местного самоуправления. Это позволяет охарактеризовать местное самоуправление в системе муниципального конституционализма: а) в субъективно-личностном аспекте - как институт правового положения личности; б) в социальном плане - как средство самоорганизации общества, что дает возможность определить местное самоуправление в качестве института гражданского общества; в) в публично-властном аспекте - как особую форму осуществления населением публичной власти по месту жительства.
При таком понимании муниципальный конституционализм включает в себя сложную систему институтов. Это, во-первых, институты правового положения личности. С точки зрения базовых конституционно-правовых ценностей местное самоуправление выступает прежде всего как институт индивидуальных и коллективных прав населения по самостоятельному и под свою ответственность решению вопросов местного значения. Это находит закрепление в широком комплексе конституционных норм, посвященных главным образом индивидуальным и коллективным правам на местное самоуправление (ст. 24, 32, 33, 40, 41, 130, 131, 132 и др.), а также иным правам и свободам, реализация которых обеспечивается по месту жительства граждан, в частности на основе средств муниципально-правового гарантирования (ст. 24, 27, 32, 36, 40, 41, 43 и др.). Отмечая взаимосвязи отдельных групп конституционных прав (личных, политических, социально-экономических) с институтами местного самоуправления, важно одновременно учитывать, что на муниципальном уровне, по месту жительства человека и гражданина, и сами эти права приобретают значение и характеристики муниципальных прав и свобод, предопределяя положение человека в системе местного самоуправления, самоуправленческий статус личности <9>.
--------------------------------
<9> Подробнее об этом см.: Бондарь Н.С. Местное самоуправление и конституционное правосудие: конституционализация муниципальной демократии в России. М., 2008. С. 452 - 567.

Во-вторых, в систему муниципального конституционализма включено местное самоуправление как институт гражданского общества. Именно категория гражданского общества позволяет выявить глубинные закономерности самоорганизации населения, становления и развития политических и правовых институтов властвования. В обобщенном виде, учитывая в том числе конституционную поправку 2020 года о государственной поддержке институтов гражданского общества (п. "е.1" ч. 1 ст. 114 Конституции), можно выделить основные качественные характеристики гражданского общества, предопределяющие его значение как институционной основы становления и развития муниципального конституционализма. Речь идет о том, что: а) гражданское общество - воплощение баланса частных и публичных, местных и общегосударственных интересов; б) социально-правовые факторы саморегуляции, самоуправления в гражданском обществе определяются тем, что в отношениях, составляющих гражданское общество, объективно воплощаются идеи равенства и справедливости, недопустимость произвола; в) функциональные характеристики местного самоуправления как института гражданского общества связаны с тем, что основой функционирования такого общества является ориентация на самоорганизацию, саморегуляцию общества в системе единой публичной власти, единой государственности.
Одновременно нельзя не учитывать, что основные характеристики местного самоуправления как выражение муниципальных институтов гражданского общества реализуются в единой системе российской государственности; местное самоуправление есть одновременно и властно-правовой институт конституционного строя. На уровне муниципального конституционализма это находит свое признание путем закрепления местного самоуправления в качестве одной из форм народовластия.
Таким образом, в-третьих, местное самоуправление - институт публичной власти в системе муниципального конституционализма. Нельзя не обратить внимание, что при наличии различных научных подходов к тем или иным вопросам муниципального строительства само понятие муниципальной власти, ее особенности, в том числе в соотношении с государственной властью, остаются недостаточно исследованными. Это обстоятельство необходимо учитывать при анализе соответствующей проблематики в аспекте муниципального конституционализма. При этом оптимальные пределы сочетания местного самоуправления с государственной властью - одна из центральных проблем муниципального конституционализма. При поиске таких пределов следует помнить, что нет оснований для расширительного толкования конституционного положения ст. 12 Конституции, не включающей "органы местного самоуправления... в систему органов государственной власти". В данном случае речь идет об организационной обособленности органов местного самоуправления и органов государственной власти, о разделении властей "по вертикали" (в отличие от ст. 10 Конституции, которая закрепляет разделение властей "по горизонтали"). Это подтверждается и в решениях КС РФ <10>. В этом плане как конституционное правосудие, так и другие виды правосудия (общеюрисдикционное, арбитражное) представляют собой основополагающий институт гарантирования муниципального конституционализма.
--------------------------------
<10> Одним из первых можно назвать, например, Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 11 июня 1999 г. N 104-О // Вестник Конституционного Суда РФ. 1999. N 5.

Суд в системе гарантий муниципального конституционализма

Вопрос о судебных гарантиях прав местного самоуправления нашел достойное отражение в повестке V Донского форума конституционализма, о чем свидетельствуют в том числе публикуемые в настоящем номере журнала статьи участников Форума - судей Ростовского областного суда и одновременно известных ученых, а также выступления таких заслуженных специалистов в области местного самоуправления, как О.И. Баженова <11>, Е.С. Шугрина <12> и др. Поэтому здесь представляется возможным ограничиться лишь некоторыми замечаниями и тезисными положениями.
--------------------------------
<11> См.: Баженова О.И. Проблема защиты прав местного самоуправления по административным искам прокуроров в защиту прав и интересов неопределенного круга лиц // Муниципальный конституционализм: законодательство, правоприменение, судебные гарантии: Коллект. монография / Под общ. науч. ред. Н.С. Бондаря. Ростов н/Д, 2025. С. 179 - 213.
<12> См.: Шугрина Е.С. Судебная защита интересов местного самоуправления в условиях отсутствия достаточного финансирования на осуществление полномочий и исполнение судебных решений // Муниципальный конституционализм: законодательство, правоприменение, судебные гарантии. С. 247 - 259.

Рассматривая правосудие в конституционной системе гарантий местного самоуправления и в конечном счете всей институционной системы муниципального конституционализма, важно учитывать, что само понятие соответствующих гарантий в методологическом плане носит конституционный характер и прямо закреплено в Конституции РФ (ст. 133), что имеет не просто терминологическое, а нормативно-правовое и одновременно категориальное значение. Остается лишь сожалеть, что новый Закон о местном самоуправлении <13>, в отличие от предшествующего, не содержит специальных положений, закрепляющих конкретные гарантии местного самоуправления, включая судебные. Тем важнее доктринальное исследование этих вопросов.
--------------------------------
<13> Федеральный закон от 20 марта 2025 г. N 33-ФЗ "Об общих принципах организации местного самоуправления в единой системе публичной власти".

Речь идет о закреплении и, соответственно, толковании нормативного содержания самой по себе конституционной категории судебные гарантии местного самоуправления в сложной структурной системе нормативных положений ст. 12, 46 и 133 Конституции РФ. Первая из них (ст. 12) закрепляет требование гарантирования местного самоуправления в качестве одной из основ конституционного строя. Это означает, что противоречить данному требованию не могут не только нормы текущего федерального и регионального законодательства, но и никакие другие положения самой Конституции РФ, как это вытекает из ч. 2 ее ст. 16, - все они должны исходить из незыблемости конституционного принципа гарантирования местного самоуправления. Вторая конституционная норма (ст. 46) имеет универсальный характер, закрепляя систему судебных гарантий как для граждан, так и для органов публичной власти, организаций, юридических лиц любой организационно-правовой формы; причем органы местного самоуправления могут выступать в соответствующей системе и в качестве субъекта судебной защиты своих прав и интересов, и как ответчик за свои решения, действия и бездействие (ч. 2 ст. 46). Наконец, принципиально важное значение имеет ст. 133 Конституции, находящаяся в нормативном единстве, с одной стороны, с положениями ст. 12, конкретизируя, развивая ее требования и устанавливая в том числе конкретные виды конституционного гарантирования местного самоуправления, а с другой стороны, с положениями ст. 46, как бы дополняя ее универсальные (всеобщие) стандарты, характеристики механизмов судебной защиты прав и законных интересов, специальными, дополнительными гарантиями прав на судебную защиту местного самоуправления.
В трех названных статьях Конституции РФ имеются в виду не просто гарантии местного самоуправления как формально-юридического (статического) понятия, а повелительно-обязывающий способ конституционного нормирования как форма императивного предписания, адресованного всем субъектам, вступающим во взаимоотношения с местным самоуправлением. В этом смысле конституционное понятие "гарантирование местного самоуправления" представляет собой категорию муниципального конституционализма, которая отражает в динамике сам по себе процесс государственно-властной деятельности, связанной с функционированием сложной системы государственно-правовых средств и институтов, призванных обеспечивать реальные возможности реализации гражданами, местными сообществами их прав на местное самоуправление.
Особенность гарантирования местного самоуправления в конституционном его понимании состоит также в том, что оно носит государственный характер, хотя органы местного самоуправления не входят в систему органов государственной власти (ст. 12 Конституции РФ). В этом также проявляется дуализм местного самоуправления и механизмов его гарантирования: с одной стороны, его общественная сущность как института гражданского общества, основанная на автономии местных сообществ и предопределяющая важное гарантирующее значение для местного самоуправления иных, соотносимых с местным самоуправлением институтов гражданского общества; с другой стороны, публично-властная сущность, основанная на отношениях власти-подчинения, возможности властного принуждения, публичности власти местного самоуправления и, соответственно, необходимости ее гарантирования с помощью государственно-властных действий и предписаний.
При этом система гарантирования местного самоуправления включает отдельные подсистемы - общие и специальные средства и институты обеспечения реальных возможностей осуществления местного самоуправления, развития муниципального конституционализма.
Уместно отметить, что в законодательстве получают закрепление, помимо судебных гарантий, основные юридические гарантии местного самоуправления - также в виде таких специфических требований, адресованных всем субъектам муниципального конституционализма, как, например: а) запрет на ограничение прав местного самоуправления; б) обязательность рассмотрения обращений органов и должностных лиц местного самоуправления органами государственной власти, предприятиями, учреждениями, организациями; в) государственное гарантирование юридической силы актов местного самоуправления; г) финансово-экономическое выравнивание муниципальных образований, обеспечение минимального местного бюджета; д) прокурорско-надзорные гарантии местного самоуправления и т.д.
Что же касается судебных механизмов гарантирования прав местного самоуправления, то здесь особую роль играет конституционное правосудие, посредством которого не только гарантируются конституционные ценности муниципальной демократии, но и раскрывается система сущностных конституционных характеристик местного самоуправления, обеспечивается их согласованное взаимодействие и развитие.
Сегодня институт конституционного правосудия занимает в системе современного конституционализма уникальное, но, думается, не во всем окончательно утвердившееся реальной практикой конституционного развития современных демократий место. Подтверждением этого являются продолжающиеся в различных странах поиски оптимальных вариантов решения отнюдь не второстепенных для конституционного правосудия вопросов; применительно к России это ярко проявилось в конституционных поправках 2020 года и новой редакции Федерального конституционного закона о КС РФ <14> от 9 ноября 2020 г. <15>, которыми были внесены существенные уточнения в статусные характеристики КС РФ <16>.
--------------------------------
<14> Федеральный конституционный закон от 21 июля 1994 г. N 1-ФКЗ "О Конституционном Суде Российской Федерации" // СЗ РФ. 1994. N 13. Ст. 1447.
<15> См.: Федеральный конституционный закон от 9 ноября 2020 г. N 5-ФКЗ "О внесении изменений в Федеральный конституционный закон "О Конституционном Суде Российской Федерации" // СЗ РФ. 2020. N 46. Ст. 7196.
<16> См.: Судебная юриспруденция: от доктрины к единообразию судебной практики: Монография / Отв. ред. Н.С. Бондарь. М., 2024.

В результате внесения после конституционных поправок упомянутых изменений в Федеральный конституционный закон о КС РФ муниципальные образования (в лице органов местного самоуправления) наконец-то получили законодательное признание в качестве субъектов права на обращение в КС РФ (ст. 96), хотя еще в 2002 году это право получило обоснование в виде правовой позиции КС РФ, выраженной в Постановлении от 2 апреля 2002 г. N 7-П <17>. По обращениям муниципальных образований за соответствующий период (с 2002 по 2024 г.) было принято 12 постановлений, 166 определений <18>.
--------------------------------
<17> Вестник Конституционного Суда РФ. 2002. N 3.
<18> Статистика по решениям Конституционного Суда Российской Федерации // https://www.ksrf.ru/Decision/Statisticses.php (дата обращения: 10.09.2025).

Что же касается самой по себе муниципально-правовой проблематики, то она всегда занимала весьма заметную часть решений КС РФ. Конституционно-судебная практика <19> обогащает муниципальную доктрину и одновременно способствует формированию конституционно обоснованной стратегии совершенствования муниципального законодательства.
--------------------------------
<19> См.: Судебная практика в современной правовой системе России: Монография / Под ред. Т.Я. Хабриевой, В.В. Лазарева. М., 2020.

В заключение следует сказать, что сама направленность муниципальных реформ в России (традиционно осуществляемых сверху) предопределяет высокую ответственность государства за гарантирование местного самоуправления и ход преобразований на нижних этажах конституционализма. Эти вопросы получили всесторонний анализ в выступлениях участников Форума и, соответственно, в публикуемых материалах вышедшего по его итогам монографического издания <20>. Они со всей очевидностью свидетельствуют, что местное самоуправление может и должно развиваться в единой системе российской государственности, что не исключает многообразия моделей муниципального конституционализма. Все это должно стать предметом дальнейших научных исследований.
--------------------------------
<20> См.: Муниципальный конституционализм: законодательство, правоприменение, судебные гарантии...

Библиографический список

1. Бондарь Н.С. Местное самоуправление и конституционное правосудие: конституционализация муниципальной демократии в России. М.: Норма, 2008. 591 с.
2. Диденко А.Н. Соотношение публично-властных и общественных компонентов в организации местного самоуправления и муниципальных образований и их опора на традиционные российские цивилизационные ценности // Местное право. 2025. N 2. С. 3 - 14.
3. Лешков В.Н. Русский народ и государство. История русского общественного права до XVIII в. М.: Унив. тип., 1858.
4. Муниципальный конституционализм: законодательство, правоприменение, судебные гарантии: Коллект. монография / Под общ. науч. ред. Н.С. Бондаря. Ростов н/Д: Спутник науки, 2025. 291 с.
5. Солженицын А.И. Как нам обустроить Россию. Посильные соображения. М.: Правда, 1990. 48 с.
6. Судебная практика в современной правовой системе России: Монография / Под ред. Т.Я. Хабриевой, В.В. Лазарева. М.: ИЗиСП при Правительстве РФ; Норма; ИНФРА-М, 2020. 432 с.
7. Судебная юриспруденция: от доктрины к единообразию судебной практики: Монография / Отв. ред. Н.С. Бондарь. М.: Институт законодательства и сравнительного правоведения при Правительстве Российской Федерации; Норма; ИНФРА-М, 2024. 384 с.

Наша компания оказывает помощь по написанию курсовых и дипломных работ, а также магистерских диссертаций по предмету Конституционное право России, предлагаем вам воспользоваться нашими услугами. На все работы дается гарантия.

"Горячие" документы:

ИА ГАРАНТ