Эстоппель против недобросовестного поведения в сфере служебных изобретений. Статьи по предмету Гражданское право

Наша компания оказывает помощь по написанию статей по предмету Гражданское право. Используем только актуальное законодательство, проекты федеральных законов, новейшую научную литературу и судебную практику. Предлагаем вам воспользоваться нашими услугами. На все выполняемые работы даются гарантии

ЗАКАЗАТЬ

Вернуться к списку статей по юриспруденции

ЭСТОППЕЛЬ ПРОТИВ НЕДОБРОСОВЕСТНОГО ПОВЕДЕНИЯ В СФЕРЕ СЛУЖЕБНЫХ ИЗОБРЕТЕНИЙ

Н.Ю. СЕРГЕЕВА

Введение

Начать рассмотрение проблемы недобросовестного поведения, существующей в сфере служебных изобретений, следует с того, что указанная проблема возникла прежде всего из-за несовершенства действующего законодательства об интеллектуальных правах. Несмотря на наличие в главе 72 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ; Кодекс) отдельного параграфа (§ 4), посвященного в том числе служебным объектам патентного права, его присутствие не всегда обеспечивает на практике полноценный уровень защиты в случае возникновения правовых конфликтов. Не случайно исследованию вопросов, касающихся названных результатов интеллектуальной деятельности, в доктрине посвящен целый ряд публикаций <1>.
--------------------------------
<1> См. напр.: Мамаджанов Х.А. Авторское вознаграждение: споры с работниками - авторами служебных результатов интеллектуальной деятельности // Имущественные отношения в Российской Федерации. 2024. N 4; Татаринов А.А. Отношения по правам на результаты интеллектуальной деятельности и трудовые отношения: взаимное влияние и взаимодействие // Трудовое право в России и за рубежом. 2024. N 2; Гаврилов Э.П. Об авторском вознаграждении и других гражданских правах изобретателей // Патенты и лицензии. Интеллектуальные права. 2022. N 6; Шлойдо Г.А. Права авторов служебных изобретений в свете новелл патентного законодательства // Интеллектуальная собственность. Промышленная собственность. 2021. N 4; Гаврилов Э.П. Право на вознаграждение за служебные объекты патентного права // Патенты и лицензии. 2014. N 10; и др.

В данной статье мы выявим и проанализируем отдельные модели непоследовательного, противоречивого поведения как работников, так и работодателей в сфере служебных изобретений, встречающиеся в практике Суда по интеллектуальным правам (далее - СИП; Суд). На примерах наиболее ярких судебных кейсов мы продемонстрируем эффективный механизм противодействия, разработанный в настоящее время судом и имеющий в своей основе принцип эстоппеля - корректирующий инструмент, позволяющий пресекать поведение участников рассматриваемых в статье правоотношений, использующих недостаточность правового регулирования в недобросовестных целях.
Для того чтобы глубже разобраться в существующей проблеме, необходимо учитывать ключевые положения действующего гражданского законодательства о служебных изобретениях.

Служебные изобретения

Итак, из контекста п. 1 ст. 1370 ГК РФ следует, что служебным изобретением признается объект, созданный работником в связи с выполнением его трудовых обязанностей или конкретного задания работодателя (иными словами, в связи с выполнением работником его трудовой функции).
По смыслу ст. 57 Трудового кодекса РФ (далее - ТК РФ) трудовая функция работника является обязательным условием для включения в трудовой договор и определяется как работа по должности (в соответствии со штатным расписанием), профессии, специальности с указанием квалификации, либо она может быть интерпретирована как конкретный вид поручаемой работнику заданий.
Может ли создание изобретения входить в трудовую функцию работника?
В доктрине на этот вопрос ответил профессор Э.П. Гаврилов, который проиллюстрировал свои рассуждения следующим примером: "Рассмотрим случай, когда работника принимают на творческую научную работу, касающуюся совершенствования газотурбинных двигателей, и поручают ежемесячно предлагать работодателю по крайней мере одно усовершенствование "на уровне изобретения", то есть такое, на которое может быть получен патент. Я сомневаюсь, что такую трудовую функцию работника правомерно указывать в трудовом договоре, ибо создание патентоспособного изобретения - это всегда чрезвычайное, неожиданное событие. Конечно, в трудовую функцию работника может входить совершенствование механизма, технологического способа и т.п., но обязанность создания "патентоспособных" усовершенствований нельзя включать в состав его трудовой функции. Доказательством такого вывода служит невозможность объявления работнику дисциплинарного взыскания (замечания, выговора, увольнения) в том случае, если работник не создаст патентоспособное изобретение. Совсем не случайно Трудовой кодекс РФ не упоминает творческий труд по созданию изобретений (полезных моделей, промышленных образцов), а в перечни трудовых профессий (специальностей) не включают "изобретателей": творческий труд изобретателей, сам процесс создания изобретений трудовым правом не регулируется и регулироваться не может. Из изложенного следует, что по трудовому праву... изобретения служебными никогда считать нельзя. Однако гражданское право... термин "служебный" применяет в ином, более широком смысле, называя в некоторых случаях "служебными" и такие объекты, которые созданы в связи с трудовой функцией работника, хотя и вне рамок этой трудовой функции" <2>. Продолжая рассуждения уважаемого ученого, сделаем также акцент на том, что в приведенном ранее пункте ст. 1370 ГК РФ служебные изобретения могут быть созданы именно "в связи" с выполнением трудовых обязанностей работодателя, что представляется, конечно, логичным.
--------------------------------
<2> Гаврилов Э.П. Право интеллектуальной собственности. Промышленные права. XXI век. Сборник публикаций. М.: Юрсервитум, 2016. С. 5.

Следующий вопрос, который возникает исходя из этого: кто должен доказывать, что изобретение является служебным, а также факт его создания работником в связи с выполнением трудовой функции?
Из разъяснений, данных в п. 129 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 апреля 2019 г. N 10 "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации" <3> (далее - Постановление Пленума N 10) следует, что работодатель. При этом судом сделан акцент на том, что для признания технического решения служебным не требуется, чтобы в документе, определяющем трудовые обязанности работника (трудовой договор, должностная инструкция), содержалось конкретное указание на выполнение работ по созданию конкретных патентоспособных объектов либо по усовершенствованию известных технических решений. Определяющим для признания технического решения служебным является факт его создания в рамках трудовых обязанностей, содержание которых может следовать из трудовой функции или быть выражено в виде конкретного задания.
--------------------------------
<3> https://www.consultant.ru/document/cons_doc_LAW_323470/ (дата обращения: 28.10.2025).

Как распределяются интеллектуальные права при создании служебных объектов между работником и работодателем?
Ответ на данный вопрос также содержит уже упомянутая ранее ст. 1370 ГК РФ. В частности, из нее следует, что право авторства на служебное изобретение принадлежит работнику (автору), тогда как исключительное право и право на получение патента на созданный служебный объект принадлежат работодателю, если трудовым или гражданско-правовым договором между работником и работодателем не предусмотрено иное (п. п. 2 и 3 ст. 1370 ГК РФ). Последняя фраза свидетельствует о диспозитивном характере нормы. Далее из статьи следует, что о создании служебного объекта работник должен письменно уведомить работодателя и если последний в течение шести месяцев со дня такого уведомления не подаст заявку на выдачу патента на соответствующие служебное изобретение в Роспатент, не передаст право на получение патента другому лицу или не сообщит работнику о сохранении информации о соответствующем результате интеллектуальной деятельности в тайне, право на получение патента на такое изобретение возвращается работнику. В этом случае работодатель в течение срока действия патента имеет право использования служебного изобретения в собственном производстве на условиях простой (неисключительной) лицензии с выплатой патентообладателю вознаграждения, размер, условия и порядок выплаты которого определяются договором между работником и работодателем, а в случае спора - судом.
Если же работодатель получит патент на служебный объект или предпримет иные действия, указанные выше, работник имеет право на вознаграждение, размер которого, а также условия и порядок его выплаты работодателем определяются также договором между ним и работником, а в случае спора - судом. При этом если стороны такой договоренности не достигли, то согласно п. 5 ст. 1246 ГК РФ упомянутое вознаграждение подлежит расчету на основании соответствующих Правил, в которых Правительством Российской Федерации установлены ставки, порядок и сроки указанной выплаты <4>.
--------------------------------
<4> Постановление Правительства РФ от 16.11.2020 N 1848 "Об утверждении правил выплаты вознаграждения за служебные изобретения, полезные модели, служебные промышленные образцы" // СПС "КонсультантПлюс" (дата обращения: 24.09.2025).

В приведенном ранее Постановлении Пленума ВС РФ N 10 разъясняется, что обязанность по выплате вознаграждения работодателем работнику (автору) не зависит от фактического использования или неиспользования служебного изобретения. Вместе с тем от фактического использования, обусловленного характером работ, может зависеть согласованный работником (автором) и работодателем размер вознаграждения (п. 132 Постановления Пленума). Что касается выплаты указанного вознаграждения, то она осуществляется работнику (автору) в течение срока действия патента. В случае его досрочного прекращения выплата прекращается тоже. При этом, если действие указанного патента восстанавливается, восстанавливается и обязанность по выплате вознаграждения (п. 133 Постановления Пленума).
Если же работодатель, получивший патент на служебное изобретение на свое имя, примет решение о досрочном прекращении действия патента, он обязан уведомить об этом работника (автора) и по его требованию передать ему патент на безвозмездной основе. Такая передача оформляется договором о безвозмездном отчуждении исключительного права. В случае отказа работодателя от заключения названного договора с автором либо при неполучении его ответа на письменное предложение автора о заключении этого договора в течение одного месяца со дня отправления такого предложения автор вправе обратиться в суд с иском к патентообладателю о понуждении к заключению договора о безвозмездном отчуждении исключительного права. В случае если работодатель не уведомил автора о досрочном прекращении действия патента, автор вправе обратиться в суд с иском к работодателю о понуждении к подаче ходатайства о восстановлении действия патента за счет работодателя (п. 4.1 ст. 1370 ГК РФ).
Продемонстрированные положения ст. 1370 ГК РФ позволяют сделать следующий промежуточный вывод: изобретения являются служебными, если они созданы в связи с выполнением трудовой функции работником. На созданный объект у работника возникают интеллектуальные права. При этом исключительное право, а также право на получение патента на основании закона переходят к работодателю (норма диспозитивная). О создании служебного результата интеллектуальной деятельности работник должен письменно уведомить работодателя, который имеет в связи с этим возможность осуществления целого спектра действий, основное из которых заключается в возможности получить патент. Автор же в этом случае получает право на вознаграждение, размер, условия и порядок выплаты которого определяются договором между работником и работодателем, а также право потребовать передачу патента на безвозмездной основе в случае принятия решения о досрочном прекращении его действия.

Модели недобросовестного поведения работников и работодателей

На первый взгляд приведенные ранее положения ст. 1370 ГК РФ вполне логичны и направлены на урегулирование правоотношений между авторами - создателями служебных изобретений и их работодателями. Вместе с тем некоторые из них настолько неконкретны, что позволяют сторонам интерпретировать указанную норму в недобросовестных целях. Так, например, нередко на практике стороны предпринимают попытки использовать отсутствие в ст. 1370 гражданско-правовых последствий, связанных с неполучением письменного уведомления работодателем о созданном изобретении, в качестве одного из аргументов с целью оспорить действующий патент. Помимо этого, сами авторы нередко заблуждаются относительно наличия у них интеллектуальных прав, неверно трактуя Гражданский кодекс РФ.
Рассмотрим сказанное на конкретных практических примерах.
Так, в 2024 году Судом по интеллектуальным правам был рассмотрен спор между В.И. Клишиным (далее - истец) и ФГБУ "Федеральный исследовательский центр угля и углехимии Сибирского отделения Российской академии наук" (далее - ответчик) <5>. Основное требование истца состояло в признании недействительным патента на изобретение "Скважинное устройство для осуществления гидроразрыва горных пород" в части неуказания истца патентообладателем, а также обязывании Роспатента выдать новый правоустанавливающий документ на данное изобретение с указанием в качестве патентообладателей, наряду с ответчиком, В.И. Клишина.
--------------------------------
<5> Решение Суда по интеллектуальным правам города Москвы от 08.08.2025 по делу N СИП-1407/2024 // Картотека арбитражных дел [офиц. сайт]. [Электронный ресурс] URL: https://kad.arbitr.ru/ (дата обращения: 24.09.2025).

В судебном заседании истец указал, что в его трудовом договоре, а также в дополнительном соглашении к нему не было указано на то, что в рамках трудовых отношений истец должен был создать устройство для проведения гидроразрыва. От ответчика он не получал каких-либо служебных письменных заданий на этот счет. При этом одним из ключевых аргументов истца (выделено авт.) был отмечен тот факт, что он не писал каких-либо уведомлений, письменно свидетельствующих о создании служебного результата интеллектуальной деятельности в связи с выполнением трудовой функции. По мнению истца, ему принадлежала общая идея создания усовершенствованного устройства для проведения гидроразрыва. Также он участвовал в создании и испытании опытного образца, после чего им вносились предложения по совершенствованию отдельных элементов устройства. Именно поэтому при подаче заявки на получение патента исследовательский центр поставил и указал В.И. Клишина в списке авторов первым. Однако приказа ответчика, с которым бы ознакомили истца как одного из авторов изобретения, о том, что заявка подается от имени ответчика, не было, а от авторов не просили и не получали письменного согласия по этому вопросу. Таким образом, по мнению В.И. Клишина, ответчик "незаконно формально присвоил себе результаты интеллектуальной деятельности коллектива авторов, в том числе истца", указав себя в качестве единственного правообладателя.
При рассмотрении названного спора суд, изучив представленные в дело доказательства, пришел к выводу о служебном характере спорного изобретения, подчеркнув, что в трудовом договоре и дополнительных соглашениях между истцом и ответчиком не была предусмотрена обязанность ответчика передать исключительные права на созданные в процессе выполнения трудовой функции результаты интеллектуальной деятельности Клишину В.И. Кроме того, на основании имеющихся доказательств, предоставленных ответчиком, суд сделал вывод об информированности истца о подготовке и подаче заявки на регистрацию спорного патента и посчитал, что воля истца на регистрацию спорного изобретения с указанием единственного патентообладателя - ответчика (исследовательского центра) была выражена с достаточной степенью определенности. Судом были также изучены и оценены все прочие доводы и доказательства, представленные в совокупности.
В результате СИП оснований для признания спорного патента недействительным в части указания патентообладателя не усмотрел. Более того, суд пришел к выводу о непоследовательном поведении истца, нарушающем принцип эстоппеля, который определен в принятом решении по делу как запрет ссылаться на обстоятельства, которые ранее признавались стороной бесспорными, исходя из ее действий или заверений. Судебная коллегия указала на то, что истец знал и понимал, что заявка на выдачу спорного патента будет подана в Роспатент именно с указанием ответчика в качестве патентообладателя. Противоречивое поведение истца выражено в том, что он знал и намеренно совершал действия, которые способствовали получению спорного патента с указанием ответчика в качестве единственного патентообладателя, осуществлял действия по поддержанию его правовой охраны, и тем не менее обратился в суд с соответствующим заявлением. Судом отмечено, что сама правовая суть взаимоотношений сторон свидетельствует о том, что передача права на получение спорного патента состоялась и В.И. Клишин был с этим согласен.
Чем закончится этот спор - покажет время, поскольку рассмотрение дела в кассационной инстанции на момент написания настоящей статьи пока только планируется <6>, однако из уже принятого решения по делу с очевидностью следует противоречивое, непоследовательное поведение истца, свидетельствующее как о неверном толковании им ст. 1370 ГК РФ в принципе, так и об использовании недостаточности правового регулирования с целью оспорить полученный патент. В частности, один из его ключевых аргументов об отсутствии обязательного письменного уведомления работодателя, на наш взгляд, не может являться состоятельным, поскольку в п. 4 ст. 1370 ГК РФ отсутствует какая-либо привязка к гражданско-правовым последствиям в виде невозможности подачи заявки на выдачу патента из-за отсутствия данного уведомления. Так как патент был в результате получен работодателем, то наличие факта его уведомления работником предполагается, а конклюдентные действия самого работника, как установил суд, явно свидетельствовали о том, что он не возражал против получения патента ответчиком. На наш взгляд, приведенный пример достаточно ярко проиллюстрировал одну из возможных моделей существующего недобросовестного поведения работников, пресеченную судом с помощью эстоппеля.
--------------------------------
<6> https://kad.arbitr.ru/Card/5de7ecb2-055a-46c6-bb6e-T464flfc3afl (дата обращения: 28.10.2025).

С учетом подобной практики не менее интересными представляются также дела, которые демонстрируют недобросовестное поведение работодателей, использующих сходную аргументацию, но на этот раз уже в собственных интересах. В частности, в практике СИП можно встретить модель поведения, где работодатель, получивший патент и использующий изобретение, предпринимает затем недобросовестные попытки признать полученные им же патенты недействительными с целью ухода от выплаты авторского вознаграждения работнику (автору).
С целью максимально полной демонстрации конкретной ситуации на практике, посмотрим на нее через призму развития взаимоотношений работника и работодателя. При этом отметим, что на момент подачи всех существующих исков по делу работник уже не состояла с работодателем в трудовых отношениях, в связи с чем и предприняла попытку взыскать в суде неполученное ею авторское вознаграждение.
Так, в Пресненском районном суде было рассмотрено дело по иску Захаровой Е.Е. (бывший работник, автор служебных объектов) к ООО "Новелла - К" (работодатель, правообладатель патентов) о защите авторских прав <7>. Основное требование в нем состояло во взыскании авторского вознаграждения за создание трех изобретений в связи с осуществлением истцом трудовой функции. Данный спор находился на рассмотрении суда первой инстанции целых два года и, вероятно, еще не окончен. Причин тому несколько.
--------------------------------
<7> Дело N 02-0133/2025(02-4012/2024)~М-12587/2023 // https://mos-gorsud.ru (дата обращения: 24.09.2025).

С целью уйти от выплаты вознаграждения и затянуть указанный процесс бывший работодатель (ООО "Новелла - К") предъявил иски в СИП на предмет признания полученных патентов недействительными в части указания истца в качестве патентообладателя по мотивам неслужебного характера спорных изобретений. Указанные действия работодатель осуществил, несмотря на практическое использование им данных изобретений при лечении мужского бесплодия, а также при проведении предимплантационного генетического тестирования эмбрионов в программах экстракорпорального оплодотворения в течение нескольких лет, ссылаясь в официальных источниках на данные объекты как на свои разработки. При этом один из его главных аргументов сводился к тому, что автор изобретений - Захарова Е.Е. - письменно не уведомляла общество о создании служебных объектов (выделено авт.) и самовольно указала истца в качестве заявителя и правообладателя в материалах заявки, уклонившись от заключения договора об авторском вознаграждении.
В результате рассмотрения дела суды сочли доводы истца неубедительными и не усмотрели оснований для удовлетворения заявленных требований общества <8>.
--------------------------------
<8> Решение Суда по интеллектуальным правам от 06.06.2024 по делу N СИП-198/2024; решение Суда по интеллектуальным правам от 28.06.2024 по делу N СИП-199/2024; решение Суда по интеллектуальным правам от 09.08.2024 по делу N СИП-200/2024 // СПС "КонсультантПлюс" (дата обращения: 24.09.2025).

Не смирившись со сделанными судами выводами, ООО "Новелла - К" предприняло очередной недобросовестный шаг. Имея договоренность с собственным представителем по делу, в СИП были предъявлены иски к самому обществу на предмет признания недействительными упомянутых выше патентов в связи с указанием в них в качестве патентообладателя лица, не являющегося таковым. Истцом по ним выступил представитель ООО "Новелла - К" по ранее рассмотренным делам, заявленный в нем как индивидуальный предприниматель (заинтересованное лицо).
Суд по интеллектуальным правам рассмотрел все три дела по существу и оснований для признания поданных исков не нашел, сделав вывод о недобросовестном поведении истца и ответчика в ущерб интересам автора (Захаровой Е.Е.). Суд, применяя доктрину эстоппеля, подчеркнул, что недобросовестное поведение стороны может быть признано лишь в случае, если оно противоречиво и подрывает обоснованное доверие другой стороны, что приводит к явной несправедливости. Основная цель применения эстоппеля состоит в предотвращении возможности одной стороны извлечь выгоду из собственного несоответствующего поведения в ущерб другой стороне, которая действовала добросовестно, полагаясь на определенную правовую ситуацию, созданную первой стороной.
При этом именно защита доверия как таковая является ключевым аспектом при оценке противоречивого поведения лица при применении названного принципа. В принятых решениях сделан справедливый вывод о том, что автор изобретений (Захарова Е.Е.) добросовестно полагалась на правомерность получения обществом патентов. Действия же по их оспариванию истец и ответчик начали предпринимать только после предъявления ею требований к работодателю о выплате авторского вознаграждения <9>.
--------------------------------
<9> Решение Суда по интеллектуальным правам от 18.02.2025 по делу N СИП-1087/2024; решение Суда по интеллектуальным правам от 14.02.2025 по делу N СИП-1088/2024; решение Суда по интеллектуальным правам от 09.04.2025 по делу N СИП-1089/2024 // СПС "КонсультантПлюс" (дата обращения: 24.09.2025).

Приведенные судебные дела наглядно демонстрируют отдельные модели недобросовестного поведения, используемые в сфере служебных изобретений. Представляется, что их наличие свидетельствует о необходимости конкретизации положений ст. 1370 ГК РФ. В обоих рассмотренных случаях истцы основывали свою позицию, среди прочих доводов, на допущении невыполнения ответчиком обязанности по надлежащему информированию о создании служебного объекта. При этом они интерпретировали указанные положения, преследуя собственные недобросовестные цели. Следует считать, что данное уведомление, исходя из ст. 165.1 ГК РФ, является юридически значимым сообщением, которое было бы логично связать в ст. 1370 ГК РФ с гражданско-правовыми последствиями. Представляется, что указание в Кодексе на то, что работодатель считается уведомленным надлежащим образом в случае подачи им заявки на выдачу патента, исключило бы лишние споры на этот счет. Помимо этого, требуется усилить положение автора в рассматриваемых правоотношениях путем исключения максимальной свободы усмотрения сторон при заключении договора об авторском вознаграждении за создание служебных объектов патентного права. Представляется, что в правоотношениях, связанных с выплатой авторского вознаграждения, работник должен рассматриваться как более слабая в экономическом аспекте сторона, что должно повлечь за собой повышенный уровень защиты его прав и императивность правового регулирования.

Выводы

В настоящее время недостаточная ясность и максимальная диспозитивность ст. 1370 ГК РФ являются причиной наличия на практике моделей недобросовестного поведения как работников, так и работодателей, нередко предпринимающих попытки признавать патенты, полученные на служебные объекты, недействительными. При этом корректирующим инструментом, позволяющим суду пресекать соответствующее поведение участников рассматриваемых правоотношений, является принцип эстоппеля (частное проявление принципа добросовестности). Именно эстоппель вступает в дело, чтобы воспрепятствовать одной из сторон в получении преимуществ и выгоды вследствие ее непоследовательности в поведении. При этом в настоящее время как раз защита доверия как таковая является ключевым аспектом при оценке противоречивого поведения лица при применении названного принципа.
Думается, однако, что обращение суда к основным началам действующего законодательства вызвано прежде всего отсутствием в части четвертой ГК РФ надлежащего правового регулирования правоотношений, возникающих между работниками и работодателями. Представляется, что внесение соответствующих изменений в параграф 4 гл. 72 Кодекса исключило бы необходимость столь частого обращения суда к частным проявлениям отдельных принципов гражданского права. В частности, применительно к вопросам, касающимся письменного уведомления работодателя о создании служебного объекта, следует предусмотреть в ст. 1370 ГК РФ презумпцию уведомленности в случае подачи заявки на выдачу патента работодателем. Помимо этого, требуется максимально усилить положение автора в рассматриваемых правоотношениях. Сделать это можно путем ограничения свободы усмотрения сторон при заключении договора об авторском вознаграждении.

Литература

1. Гаврилов Э.П. Право интеллектуальной собственности. Промышленные права. XXI век. Сборник публикаций. М.: Юрсервитум, 2016.
2. Гаврилов Э.П. Об авторском вознаграждении и других гражданских правах изобретателей // Патенты и лицензии. Интеллектуальные права. 2022. N 6.
3. Мальцев Н.М. Права авторов произведений науки, литературы и искусства на вознаграждение: дис. ... канд. юрид. наук. М., 2017.
4. Сергеева Н.Ю. Применение принципа эстоппель при рассмотрении отдельных видов споров по товарным знакам в России // Гражданин и право. 2020. N 2.
5. Сергеева Н.Ю. Недобросовестные действия участников лицензионных договоров: вопросы судебной практики // Патентный поверенный. 2020. N 6.
6. Шлойдо Г.А. Права авторов служебных изобретений в свете новелл патентного законодательства // Интеллектуальная собственность. Промышленная собственность. 2021. N 4.

Наша компания оказывает помощь по написанию курсовых и дипломных работ, а также магистерских диссертаций по предмету Гражданское право, предлагаем вам воспользоваться нашими услугами. На все работы дается гарантия.

ИА ГАРАНТ