Солидарная ответственность за нарушения исключительных прав. Статьи по предмету Гражданское право

Наша компания оказывает помощь по написанию статей по предмету Гражданское право. Используем только актуальное законодательство, проекты федеральных законов, новейшую научную литературу и судебную практику. Предлагаем вам воспользоваться нашими услугами. На все выполняемые работы даются гарантии

ЗАКАЗАТЬ

Вернуться к списку статей по юриспруденции

СОЛИДАРНАЯ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ ЗА НАРУШЕНИЯ ИСКЛЮЧИТЕЛЬНЫХ ПРАВ

В.А. КУРБАТОВ

Интенсивное развитие экономики, усложнение хозяйственных связей, возникающих между субъектами правоотношений в сфере интеллектуальной собственности, являются факторами, предопределяющими усложнение субъектного состава охранительных правоотношений. В связи с этим особый интерес представляет рассмотрение института солидарной ответственности за нарушения исключительных прав с учетом актуальной правоприменительной практики.
Устанавливая в ст. 322 Гражданского кодекса Российской Федерации (ГК РФ) основания для привлечения к солидарной ответственности, российский законодатель определяет, что "солидарная обязанность (ответственность) или солидарное требование возникает, если солидарность обязанности или требования предусмотрена договором или установлена законом, в частности при неделимости предмета обязательства". Согласно п. 6.1 ст. 1252 ГК РФ к солидарной ответственности привлекаются лица, совершившие совместные действия, направленные на нарушение одного исключительного права.
Солидарный (а не долевой) характер ответственности нескольких лиц за нарушение исключительных прав обусловлен их особой правовой природой.
Характерной чертой исключительного права является его неделимость, что нашло отражение в части четвертой ГК РФ и на что неоднократно обращалось внимание Судом по интеллектуальным правам <1>.
--------------------------------
<1> См., напр.: Постановление Суда по интеллектуальным правам от 26.09.2023 N С01-568/2019 по делу N А40-933/2018, Постановление Суда по интеллектуальным правам от 26.09.2023 N С01-389/2022 по делу N А40-315928/2018 // СПС "КонсультантПлюс".

Неделимость предполагает возможность перехода исключительного права к другим лицам только в полном объеме, без каких-либо изъятий. Данный подход к исключительному праву "...как неделимой (нерасщепляемой) совокупности правомочий" <2> поддерживается и в научной литературе. Например, в случае соавторства нераздельность имущества, вытекающая из сущности авторского права, не позволяет говорить о его раздроблении в смысле фактического раздела или разделения идеальных долей соавторов <3>.
--------------------------------
<2> Ворожевич А.С. Границы исключительных прав, пределы их осуществления и защиты: дис. ... д-ра юрид. наук: 12.00.03. М., 2021. С. 100.
<3> Канторович Я.А. Авторское право на литературные, музыкальные, художественные и фотографические произведения (второе значительно дополненное издание). Петроград: склад издания в конторе общества "Брокгауз - Ефрон", 1916. С. 318.

Солидарный характер ответственности за нарушение исключительного права действиями нескольких лиц можно обосновать также с позиции общих подходов деликтного права.
В настоящее время в российской доктрине нарушение исключительного права рассматривается как деликт (Э.П. Гаврилов, В.А. Хохлов) <4> или как частный случай деликта (А.С. Ворожевич) <5>. Кроме того, на необходимость отдельного обсуждения вопроса "...обоснованности отказа от принципа вины в рассматриваемых отношениях (где речь идет об особом случае деликта)" <6> также указывает Л.А. Новоселова.
--------------------------------
<4> Гаврилов Э.П. О пресечении действий, создающих угрозу нарушения исключительного патентного права в Российской Федерации // Хозяйство и право. 2018. N 1. С. 9 - 14; Хохлов В.А. Отдельные вопросы ответственности за нарушение исключительных прав // Вестник Саратовской государственной юридической академии. 2013. N 5 (94). С. 35.
<5> Ворожевич А.С. Защита исключительных прав на патентоохраняемые объекты: монография. М.: Статут, 2020; Ворожевич А.С. Нарушение прав на товарный знак: деликт или неосновательное обогащение // Интеллектуальная собственность. Промышленная собственность. 2018. N 10.
<6> Новоселова Л.А. Принцип справедливости и механизм компенсации как средство защиты исключительных прав // Вестник гражданского права. 2017. N 2. С. 48 - 55.

Суды при разрешении споров о нарушениях в сфере исключительных прав ссылаются не только на специальные нормы о нарушении исключительных прав, но и на общие нормы о деликтах <7>.
--------------------------------
<7> См., напр.: Постановление Суда по интеллектуальным правам от 03.05.2024 N С01-601/2024 по делу N А31-6080/2022, Постановление Суда по интеллектуальным правам от 29.12.2023 N С01-2636/2023 по делу N А56-129994/2022 // СПС "КонсультантПлюс".

Следует отметить, что при таком применении норм ГК РФ соблюдается общеправовой принцип lex specialis derogat legi generali, где общие положения о деликтном праве применяются к нарушениям исключительных прав как lex generalis (гл. 59 ГК РФ), а нормы части четвертой ГК РФ выступают как lex specialis.
Таким образом, можно сделать вывод о субсидиарном применении норм об общих основаниях ответственности за причинение вреда к случаям нарушений исключительных прав. Также это подтверждает оценку подобных нарушений по модели частного случая деликта.
С подобным подходом следует согласиться по следующим причинам.
Во-первых, основанием деликтной ответственности по общему правилу является внедоговорное причинение вреда. Нарушение исключительного права, как правило, не влечет реального ущерба, а ответственность направлена на возмещение имущественных потерь правообладателя, которые могут быть причинены в том числе в будущем (п. 1 ст. 1065 ГК РФ) - в случае, если нарушение исключительного права не будет запрещено или прекращено.
Во-вторых, отдельного внимания заслуживает вопрос о вине как элементе состава деликта при нарушении исключительных прав.
При взыскании убытков или компенсации нарушитель исключительного права, осуществляющий предпринимательскую деятельность, несет ответственность при отсутствии вины (п. 3 ст. 1250 ГК РФ). Тем не менее вина учитывается, в частности, при предъявлении регрессных требований в "цепочке" нарушителей для определения размера ответственности. Согласно пункту 72 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 N 10 "лицо, с которого при отсутствии его вины взысканы убытки или компенсация... вправе предъявить регрессное требование к лицу, по вине которого первым лицом было допущено нарушение, о возмещении понесенных убытков, включая суммы, выплаченные третьим лицам (п. 4 ст. 1250 ГК РФ). Положения ст. 1081 ГК РФ в данном случае не подлежат применению" <8>.
--------------------------------
<8> Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 N 10 "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации" // Бюллетень Верховного Суда Российской Федерации. 2019. N 7.

Так, в случаях пассивной множественности конечный нарушитель в "цепочке" может добросовестно заблуждаться. Например, в деле N А27-11528/2023 в порядке регресса удовлетворено требование предпринимателя к поставщику в размере компенсации, взысканной с него правообладателем в связи с нарушением прав на товарный знак, т.к. поставщик в договоре гарантировал, что поставляемые товары свободны от любых прав третьих лиц <9>.
--------------------------------
<9> Постановление Суда по интеллектуальным правам от 27.06.2024 N С01-952/2024 по делу N А27-11528/2023 // СПС "КонсультантПлюс".

Оценка вины в данном случае вызывает определенные вопросы, например, не возникает ли при подобном подходе коллизии с положениями п. 3 ст. 1250 ГК РФ. Представляется, что вина в данном случае выступает не в качестве основания для привлечения к солидарной ответственности, а как отдельная категория, позволяющая определить степень участия каждого нарушителя в общем нарушении, в том числе с целью последующего определения размера взыскания в порядке регресса во внутренних отношениях солидарных должников. Данное правило закреплено и для деликтов в целом в абз. 2 ст. 1080 ГК РФ и п. 2 ст. 1081 ГК РФ.
Таким образом, можно сделать вывод о том, что основания привлечения к ответственности за нарушения исключительных прав вписываются в общую логику деликтной ответственности. В связи с этим не представляется возможным согласиться с выводами некоторых ученых, критикующих деликтный подход с позиций "суперспециального деликта", которые они выделяют в самостоятельную группу "интеллектуально-правовых деликтов" <10>.
--------------------------------
<10> Овчинников И.В. Природа гражданской ответственности за нарушение исключительного права: деликтный подход и его недостатки // Вестник гражданского права. 2023. N 6. С. 106 - 132.

Законодатель указывает случаи привлечения к солидарной ответственности в ст. 1079 и ст. 1080 ГК РФ. В первом случае солидарное правоотношение возникает в связи с причинением владельцами источников повышенной опасности вреда третьим лицам в результате взаимодействия таких источников (п. 3 ст. 1079 ГК РФ). Во втором случае, закрепленном в ст. 1080 ГК РФ, основанием для привлечения к солидарной ответственности выступает совместность причинения вреда.
В пункте 9 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 30.11.2017 N 49 совместность действий определяется следующими признаками: "...согласованность, скоординированность и направленность на реализацию общего для всех действующих лиц намерения" <11>.
--------------------------------
<11> Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.11.2017 N 49 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении вреда, причиненного окружающей среде" // СПС "КонсультантПлюс".

В рамках цивилистического подхода представляется возможным согласиться с мнением, предложенным Е.А. Флейшиц, отмечавшей, что критерием для наступления солидарной ответственности выступает "...причинная связь между действиями нескольких лиц и вредом как нераздельным результатом их действий" <12>, то есть для характеристики "совместности" такие признаки, как единовременность, объединенность общей целью, знание о действиях других лиц, не требуются.
--------------------------------
<12> Флейшиц Е.А. Обязательства из причинения вреда и из неосновательного обогащения. М.: Государственное издательство юридической литературы, 1951. С. 154.

Необходимо обратить внимание на ряд характерных черт данного подхода. Во-первых, форма вины, ее наличие или отсутствие как элемента деликтного состава не влияют на квалификацию совместности действий. Во-вторых, не обязательны такие признаки соучастия, как, например, сообщность, согласованность.
Привлечение к солидарной ответственности как непосредственных причинителей вреда, так и лиц, действие (бездействие) которых находилось в причинно-следственной связи с наступившими вредоносными последствиями, позволяет сделать следующий вывод: совместность охватывается единством вредоносного результата. Общие критерии, используемые для квалификации гражданско-правовых деликтов в целом, также применимы и к спорам, связанным с нарушением исключительных прав.
Однако специфика, присущая правоотношениям, связанным с нарушениями исключительных прав, вызывает трудности при квалификации совместности действий, как следствие, необходимо уточнение общего подхода.

Солидарное обязательство с пассивной множественностью нарушителей исключительного права

Привлечение к солидарной ответственности нарушителей исключительного права характеризуется: (1) совместностью действий и (2) достижением единого результата <13>. Следовательно, если нет одного из обстоятельств, например совместности, то формально не наступает солидарной ответственности.
--------------------------------
<13> Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 N 10 "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации" (п. 71) // Бюллетень Верховного Суда Российской Федерации. 2019. N 7.

Представляется возможным выделить следующие подходы правоприменительной практики к определению совместных действий в контексте споров о нарушении исключительных прав.
В узком смысле под совместностью понимаются только действия, которые совершаются нарушителями непосредственно общими усилиями, направленными на нарушение исключительного права - "фактическая совместность".
В широком смысле в понятие совместность помимо общих действий, как в примере с фактической совместностью, включается ряд дополнительных факторов, свидетельствующих о связи нарушителей, как то: единство намерений, общая цель и иные. Наличие данных факторов в отсутствие фактической совместности современной судебной практикой признается достаточным основанием для привлечения к солидарной ответственности. Примечательно, что данный подход предполагает проявление совместности через взаимообусловленность действий нарушителей, их действия в рамках "единого нарушения". Подобное расширительное толкование совместности является, однако, относительно новым явлением для российской судебной практики.
Сравнительно продолжительное время Суд по интеллектуальным правам приходил к выводу, что каждый нарушитель в "цепочке" допустил самостоятельное нарушение права, то есть рассматривал отдельные нарушения исключительных прав. Как следствие, основанием для привлечения к солидарной ответственности признавалась только фактическая совместность действий.
В настоящий момент Суд по интеллектуальным правам изменил свой подход к разрешению подобных споров. Нарушения исключительных прав, совершенные при отсутствии фактической совместности действий различных субъектов в цепочке нарушений, при наличии других факторов, свидетельствующих о совместности, рассматриваются в качестве единого нарушения. Как следствие, ответчиков в подобных делах привлекают к солидарной ответственности.
Федеральным законом от 07.07.2025 N 214-ФЗ "О внесении изменений в часть четвертую Гражданского кодекса Российской Федерации" <14>, вступающим в силу 04.01.2026, уточняется порядок солидарного взыскания компенсации с нескольких нарушителей исключительного права, в частности, в случае использования одних и тех же контрафактных носителей, при условии, что привлечение этих лиц к ответственности по отдельности привело бы к неосновательному обогащению правообладателя. Также в Законе предусмотрено, что в цепочке нарушений привлеченный к ответственности нарушитель, который исполнил солидарную обязанность перед правообладателем, вправе обратиться к остальным нарушителям с регрессным требованием, размер которого будет являться пропорциональным вкладу каждого из них в возникновение у правообладателя неблагоприятного имущественного последствия, за вычетом доли, падающей на такого нарушителя. При невозможности установления размера описанного вклада он предполагается равным.
--------------------------------
<14> Федеральный закон от 07.07.2025 N 214-ФЗ "О внесении изменений в часть четвертую Гражданского кодекса Российской Федерации" // СПС "КонсультантПлюс".

Правоприменительная практика

Рассмотрим актуальную практику Суда по интеллектуальным правам, где применялась концепция единого правонарушения.
1. Совместность, определяемая как общность действий лиц для достижения общей цели - "фактическая совместность".
В деле N А40-205867/2022 удовлетворены требования правообладателя о солидарном взыскании с ответчика-1 (официального дистрибьютора), реализующего через розничную сеть контрафактные изделия, и ответчика-2 (изготовитель оборудования) компенсации за незаконное использование исключительных прав на изобретение. Суды подтвердили, что правовое значение имеет факт реализации одним ответчиком товаров, произведенных другим ответчиком <15>.
--------------------------------
<15> Постановление Суда по интеллектуальным правам от 02.07.2024 N С01-820/2024 по делу N А40-205867/2022 // СПС "КонсультантПлюс".

2. Совместность, определяемая единством намерений, общей целью.
В деле N А40-169960/2020 суд удовлетворил требования о солидарном взыскании компенсации с ответчика-1, разместившего в сети Интернет тренинги, правообладателем которых являлся истец, и ответчика-2, предлагавшего указанные тренинги клиентам за плату, соответственно, прибыль от реализации тренингов клиентам соответчики извлекали совместно, действуя в рамках общей цели <16>.
--------------------------------
<16> Постановление Суда по интеллектуальным правам от 24.05.2022 N С01-559/2022 по делу N А40-169960/2020 // СПС "Гарант".

3. Совместность причинения вреда лицами, находящимися в арендных отношениях.
Применительно к рассматриваемому случаю совместности необходимо отметить, что факт наличия арендных отношений между арендатором, который нарушает исключительные права третьих лиц, и арендодателем сам по себе не является основанием для определения их действий как совместных. Для иллюстрации данного тезиса рассмотрим несколько примеров из судебной практики.
В первом случае исключается привлечение арендодателя к ответственности за нарушение исключительных прав третьих лиц арендатором. В деле N А60-6311/2021 истцом предъявлено требование о взыскании компенсации солидарно с арендодателя (собственника магазина) и арендатора, незаконно разместившего вывеску с товарным знаком истца на фасаде арендуемого магазина. Судами первой и апелляционной инстанций требования были удовлетворены. Суд по интеллектуальным правам с данным подходом не согласился, дело направил на новое рассмотрение, указав, что условием привлечения собственника к солидарной ответственности в данном случае является однородность услуг, для которых зарегистрирован товарный знак, и осуществляемой ответчиком деятельности <17>.
--------------------------------
<17> Постановление Суда по интеллектуальным правам от 23.12.2021 N С01-2093/2021 по делу N А60-6311/2021 // СПС "КонсультантПлюс".

Второй группой примеров, наоборот, подтверждается вывод о возможности привлечения к солидарной ответственности арендодателя и арендатора за нарушение исключительных прав.
Так, правообладатель исключительных прав на товарные знаки и промышленный образец "информационный стенд" выявил размещение схожих информационных ценовых стел, предъявил иск о пресечении нарушений и взыскании компенсации к арендаторам помещений и арендодателю. Суд по интеллектуальным правам подтвердил, что не только арендаторы, но и арендодатель несут ответственность за неправомерное использование товарных знаков <18>.
--------------------------------
<18> Постановление Суда по интеллектуальным правам от 18.05.2018 N С01-776/2017 по делу N А76-12669/2016 // СПС "КонсультантПлюс".

Аналогичным образом Суд по интеллектуальным правам подтвердил правомерность удовлетворения требований к арендодателю и арендатору о солидарном взыскании компенсации за нарушение исключительных прав на музыкальные произведения, публично исполненные в помещении ресторана, которым владеет арендатор на основании заключенного с арендодателем договора аренды <19>.
--------------------------------
<19> Постановление Суда по интеллектуальным правам от 23.04.2021 N С01-438/2021 по делу N А54-9960/2019 // СПС "КонсультантПлюс".

Рассмотренные примеры подтверждают отсутствие четкого критерия привлечения к солидарной ответственности арендодателя за нарушения исключительных прав арендатором.
Для формулирования такого критерия рассмотрим два противоположных случая. В первом случае арендодатель, являясь собственником сети нежилых помещений и сдавая их в аренду для коммерческих целей, фактически может не иметь оснований запрашивать у арендатора документы, подтверждающие правомерное использование результатов интеллектуальной деятельности, и оценивать товары, реализуемые в каждом из торговых помещений, на предмет неправомерного использования чужих товарных знаков. Во втором случае арендодатель сдает в аренду одну торговую точку и ежемесячно осматривает ее, бывая там при получении оплаты от арендатора. То есть арендодатель не только осведомлен о фактической деятельности арендатора, но и осознает, что размещение на вывеске, например, известного бренда с высокой долей вероятности является контрафактным.
Таким образом, в ситуациях, аналогичных первому случаю (нарушение исключительных прав третьих лиц арендатором), добросовестный арендодатель не знает и не может знать о нарушении исключительных прав арендатором и проявляет должную осмотрительность (например, в договоре аренды содержатся дисклеймеры, обязывающие арендатора не нарушать законодательство, в том числе соблюдать исключительные права третьих лиц) и, соответственно, может быть освобожден от солидарной ответственности. В обратной ситуации, когда арендодатель должной осмотрительности не проявляет, возможно говорить об обоснованности привлечения к солидарной ответственности бездействующего арендодателя за нарушение исключительных прав третьих лиц.
Исходя из опыта США, арендатор может быть привлечен к ответственности, если арендодатель имел основания полагать, что арендатор продает контрафактные товары или получил какие-либо жалобы в связи с указанной продажей. В таком случае арендодатель должен предпринять незамедлительные действия для выяснения данных обстоятельств. Таким образом, арендодатель не имеет обязанности совершать активные действия по проверке товаров, предлагаемых арендатором, пока у него не появится информация о предполагаемом нарушении исключительного права <20>.
--------------------------------
<20> Samuel D. Hodge. Lessors of Commercial Property May Face Liability for the Sale of Counterfeit Goods by their Tenants // U. of Pennsylvania Journal of Business Law. 2021. URL: https://scholarship.law.upenn.edu/cgi/viewcontent.cgi?article=1646&context=jbl (дата обращения: 12.03.2025).

Если арендодатель совершает последовательность указанных действий, то он освобождается от солидарной ответственности. Данный подход представляется весьма обоснованным, поскольку устанавливает четкий критерий для привлечения к солидарной ответственности.
4. Совместность причинения вреда администратора (информационного посредника) и пользователя сайта.
Использование материалов, размещенных на сайте владельцем сайта, которым является администратор доменного имени, презюмируется, если иное не следует из обстоятельств дела (пункт 78 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 N 10). Суды удовлетворяют требования о привлечении к солидарной ответственности администратора сайта и пользователя в случае, если пользователем незаконно используется обозначение, сходное с товарным знаком правообладателя, при размещении информации на сайте <21>.
--------------------------------
<21> См., напр.: Постановление Суда по интеллектуальным правам от 07.11.2023 N С01-2071/2023 по делу N А40-61276/2022 // СПС "КонсультантПлюс".

Непосредственным нарушителем администратор сайта не является, а следовательно, может быть освобожден от ответственности в случаях, указанных в ст. 1253.1 ГК РФ. Одним из условий, при соблюдении которого информационный посредник не несет ответственности, является своевременное принятие необходимых и достаточных мер для прекращения нарушения после получения заявления правообладателя <22>.
--------------------------------
<22> См., напр.: Постановление Суда по интеллектуальным правам от 28.01.2025 N С01-2291/2024 по делу N А40-65789/2024 // СПС "КонсультантПлюс".

В результате проведенного анализа возможно заключить следующее.
1. При множественности нарушителей исключительного права, действующих совместно, возможно привлечение только к солидарной ответственности. Характерной чертой исключительного права является неделимость. Неделимость предмета обязательства - одно из наиболее часто встречающихся оснований привлечения к солидарной ответственности.
2. Представляется возможным рассматривать нарушение исключительного права как частный случай деликта. Основания привлечения к ответственности за нарушения исключительных прав вписываются в общую логику деликтной ответственности. Также данный тезис подтверждается сложившейся практикой, когда к нарушениям исключительных прав субсидиарно применяются общие нормы о деликтах.
3. Солидарная ответственность за причинение вреда по общему правилу возникает при совместном причинении вреда. Существуют определенные изъятия из данного правила, когда солидарная ответственность возникает в отсутствие совместности действий. Такие случаи установлены законом, например солидарная ответственность владельца источника повышенной опасности. Из анализа современной судебной практики представляется возможным сделать вывод, что при отсутствии фактической согласованности действий сопричинителей вреда критерием совместности может выступать единство вредоносного результата.
4. Применительно к нарушениям исключительных прав совместность действий и достижение единого результата являются основными критериями для привлечения нарушителей к солидарной ответственности.
Представляется, что в последнее время Суд по интеллектуальным правам изменил свой подход к определению понятия совместности, тем самым расширив сферу применения солидарной ответственности к нарушениям исключительных прав. Вместе с тем текущий правоприменительный подход обусловлен стремлением комплексно оценить все обстоятельства дела в требованиях по солидарному взысканию, что предполагает уход от категории фактической совместности действий к более широкому понятию "единого нарушения", которое может включать единство намерений, общую цель и иные обстоятельства.

Литература

1. Ворожевич А.С. Границы исключительных прав, пределы их осуществления и защиты: дис. ... д-ра юрид. наук: 12.00.03. М., 2021.
2. Ворожевич А.С. Защита исключительных прав на патентоохраняемые объекты: монография. М.: Статут, 2020.
3. Ворожевич А.С. Нарушение прав на товарный знак: деликт или неосновательное обогащение // Интеллектуальная собственность. Промышленная собственность. 2018. N 10.
4. Гаврилов Э.П. О пресечении действий, создающих угрозу нарушения исключительного патентного права в Российской Федерации // Хозяйство и право. 2018. N 1.
5. Канторович Я.А. Авторское право на литературные, музыкальные, художественные и фотографические произведения (второе значительно дополненное издание). Петроград: склад издания в конторе общества "Брокгауз - Ефрон", 1916.
6. Новоселова Л.А. Принцип справедливости и механизм компенсации как средство защиты исключительных прав // Вестник гражданского права. 2017. N 2.
7. Овчинников И.В. Природа гражданской ответственности за нарушение исключительного права: деликтный подход и его недостатки // Вестник гражданского права. 2023. N 6.
8. Флейшиц Е.А. Обязательства из причинения вреда и из неосновательного обогащения. М.: Государственное издательство юридической литературы, 1951.
9. Хохлов В.А. Отдельные вопросы ответственности за нарушение исключительных прав // Вестник Саратовской государственной юридической академии. 2013. N 5 (94).
10. Samuel D. Hodge. Lessors of Commercial Property May Face Liability for the Sale of Counterfeit Goods by their Tenants // U. of Pennsylvania Journal of Business Law. 2021. URL: https://scholarship.law.upenn.edu/cgi/viewcontent.cgi?article=1646&context=jbl.

Наша компания оказывает помощь по написанию курсовых и дипломных работ, а также магистерских диссертаций по предмету Гражданское право, предлагаем вам воспользоваться нашими услугами. На все работы дается гарантия.

ИА ГАРАНТ